Кризис-кризис, бла, бла, бла

За последнее время вокруг меня куча людей потеряли работу.

Но психоза по поводу заработка я, честно говоря, не вижу. Есть работа — хорошо. Нет? А, ерунда, в кладовке ещё два мешка картошки. Голодных обмороков не дождетесь.

На небольшой проект взял художницу Аню отрисовать несколько картинок. Она радовалась как ребёнок. (Она практически и есть ребёнок. Пишу сейчас и думаю, а как много я видел людей, работающих в рекламе старше тридцати?) Ну и? Нужно сдавать работу, а она ускакала в Питер.

Телефон выключен. Весна, любовь. В небе эскадрилья амуров впополаме с херувимами со стрелами «воздух-сердце». Кружат. Высматривают жертву. Бдыщ одну стрелу в Аню. Один подарок в грудь, и — одно чувство заставило плюнуть на другое (чтоб её, кошку мартовскую, в «Авроре» на ночь забыли).

Потрогал ногтем след от кофе на пункте договора «в случае неисполнения услуг Исполнителем в срок, предусмотренный Договором...» и сел на телефон. Уже через час договорился с Алисой, которая взялась выручить меня.

У каждого дела бывают тонкости и толстости, — и тут без них не обошлось. То, что, как правило, люди говорят после хороших новостей. Начинаются оно с «но». Тут таких было два.

Алиса была в этот момент в Индии. Раз.

Она рожала. Два.

Она правильно дышала и — рисовала. Я смотрел картинки в почте, комментировал. Отсылал обратно. Она снова рисовала и дышала. А я висел на телефоне и обновлял-обновлял-обновлял почту. Слышимость была отличная. От эпидуралки она отказалась, — об этом я узнал мимоходом в трубке.

Такая она, эта Алиса. Некрасовская женщина. Слона на скаку остановила, родила мальчика (тут же выкурил под кофе за новорожденного пацана сигару) и — нарисовала отличные карточки лояльности для сети кофеен. Работу сдали в срок. Несмотря на «но — но».

Думаю, если человек захочет заработать, то его ничто не остановит. Какой-то бес заработка вселяется в него. Даже кризис не помеха. Который, как я слышал, кончился.

Да вы сами послушайте, когда будете в том кафе.