Кэрри Уайт на приеме у школьного психолога. Рецензия на новый сериал по Стивену Кингу

Дебютный роман Стивена Кинга о девушке-экстрасенсе по имени Кэрриетта Уайт вышел 52 года назад и за это время повлиял на миллионы людей, определив направление подростковой литературы на многие поколения вперед. Помимо трех непосредственных экранизаций, одна из которых (от режиссера Брайана Де Пальмы) до сих пор считается многими критиками лучшим фильмом 1976 года, духовными наследниками Кэрри можно назвать и Одиннадцатую из «Очень странных дел», и смертоносную крошку Уэнсдей, и даже Гарри Поттера, который, так же как и бедная Кэрриетта, очень много времени провел в чулане под лестницей, генерируя при этом внутри себя волшебные силы.

Кроме того, среди литературоведов и филологов уже полвека бытует конспирологическая версия о том, что именно Стивена Кинга можно считать если не вдохновителем, то уж точно очень проницательным предсказателем такого печального явления, как скулшутинг*.

До «Кэрри» и еще одного раннего романа Кинга «Ярость» (1977), написанного под псевдонимом Ричард Бахман, американские школьники и студенты и не догадывались, что можно врываться в учебные заведения и расстреливать учителей и одноклассников. А через пять лет после «Кэрри» и через два года после «Ярости» 16-летняя Бренда Спенсер убила директора начальной школы Кливленда, местного завхоза и ранила восемь учеников и полицейского.

Автор новой экранизации «Кэрри» Майк Флэнаган, похоже, тоже не большой любитель понедельников, поскольку устраивает шутинг в пилотной серии своего сериала. В первый же день новенькая ученица 10-го класса средней школы города Чемберлейн Кэрриетта Уайт становится свидетельницей и участницей учений.

Полицейский в костюме стрелка, в маске и с автоматом врывается в класс и пытается изобразить нападение. Сразу после этого «стрелок» едва не погибает, когда на него падает широкоэкранный телевизор, сброшенный перепуганной телепаткой. Но послание он успевает оставить вполне однозначное: «Кэрри» — это, конечно, история не о религиозном мистицизме или каком-то идиотском телекинезе, а о пубертате, спермотоксикозе, буллинге, шутинге и «колумбайнинге»*.

Программный эпизод первой менструации Кэрри в школьной душевой, с которого начинается роман Кинга и все три его предыдущие экранизации, здесь, разумеется, есть. Но то, как Флэнаган распоряжается этой эффектной сценой, говорит о многом. Для самого Кинга это в первую очередь эротика: он называет этот эпизод «египетскими банями» и не жалеет красок, описывая обнаженных старшеклассниц, которые стоят под струями горячей воды или отдыхают на скамейках рядом, «натягивая трусики и застегивая лифчики». У Де Пальмы это вышло даже мощнее, чем в книжке — все-таки дело было в 1970-е, во времена американской сексуальной революции.

Но чем ближе к нашему времени, тем чаще создатели экранизаций вспоминали, что в этом фрагменте речь идет о несовершеннолетних детях. И поэтому с каждым разом на Крис, Сью, Тине, Донне, Элен, Рут и остальных одноклассницах Кэрри надевается все больше одежды. У Флэнагана обычным старшеклассницам, если они не входят в школьную спортивную команду, вообще не положено пользоваться душевой. Поэтому они просто сидят рядом, одетые с головы до пят. А в момент сакраментального кровотечения выталкивают бедняжку Кэрри в сторону душевой, чтобы было удобнее швырять в нее прокладки и тампоны.

Все следующие восемь серий Флэнаган продолжает дуть на воду, размышляя о том, как бы чего не вышло. Секса у подростков в период полового созревания нет, а когда появляется надежда на то, что он все же случится, в дело вступают монтажные ножницы. То же самое, кстати, касается и животных. В оригинальном романе и в трех предыдущих экранизациях во всех подробностях описывалась смерть свиньи, кровью которой школьные хулиганы Крис и Билли хотели облить Кэрри на выпускном балу. Флэнаган купирует и этот момент — видимо, для того чтобы избежать обвинений в жестоком обращении с животными.

Чтобы избежать обвинений в педофилии, Флэнаган перемещает действие из 1970-х в наши дни и вручает каждой однокласснице Кэрри по последнему айфону. И дописывает к истории гигантский филлер, а точнее — даже не филлер, а полноценную сюжетную линию про социально-сетевой буллинг. Протагонисткой этого подсюжета становится уже не Кэрри, а ее главная мучительница Крис Харгенсен.

Вместе с аккаунтом шоураннер наделил первую школьную красавицу полноценным характером. Ее отец оказывается не самым успешным и известным в городе адвокатом, а незадачливым риелтором, разорившимся из-за трагедии на стройке, которая стала роковой для отца Кэрри — Ральфа Уайта. Кроме того, в истории появляются меркантильная мать, подавшая на развод, когда поняла, что семья на грани банкротства, потенциальный отчим и будущая сводная сестра. Сама Крис под влиянием этих многочисленных подробностей превращается из однозначной садистки и психопатки, которой ее представлял Кинг, в еще одного запутавшегося подростка — несчастного ребенка, захваченного бурей взбесившихся гормонов.

Точно так же он поступает и с другой антигероиней романа — еще одной мучительницей Кэрри, психопаткой и садисткой, а по совместительству ее матерью. С легкой руки Майка Флэнагана миссис Маргарет Уайт получает детские воспоминания, стервозную начальницу, недалеких коллег и целый ворох вполне понятных человеческих проблем. И вот она уже не безумная религиозная фанатичка, озлобленная на весь мир и вымещающая свои обиды на дочери, а несчастная одинокая женщина, измученная безденежьем и тревогами за ребенка.

Сама Кэрри рядом с этими более сложными персонажами тоже утратила былой ореол мученицы. Она и внешне совсем не похожа на описание Кинга, и внутренне совсем не такая забитая и затравленная, как в оригинале. Над ней, конечно, немного издеваются, но совсем не так жестоко и единодушно, как в романе. Она вполне вписалась в коллектив и даже дружит с несколькими самыми популярными девочками в школе. Поводов для коллективной мести и массовой казни, которую она устраивает в конце по сценарию, Флэнаган дает ей не так уж много.

Для Флэнагана это далеко не первая работа по текстам Кинга — он уже экранизировал «Игру Джералда» и «Доктора Сон». А на этот раз Майк, похоже, решил рассказать нам немного другую историю, в которой не все так однозначно. Поменять местами мучителей и жертв у него не вышло, но расширить список тех, кто заслуживает сочувствия, — вполне себе.

Впрочем, и экстрасенс, и телепат у него далеко не один. Флэнаган планирует растянуть «Кэрри» как минимум на три сезона — это почти сутки экранного времени. Поэтому сериал немного напоминает «Людей Икс»: это история не о Кэрри, а о целом сообществе, тайной организации американских ведьм, партизанском отряде феминисток-телепаток, которые уже сотни лет бродят по стране, спасая от костров религиозных фанатиков медиумов и экстрасенсов с самыми разными сверхспособностями.

Майк Флэнаган в очередной раз доказал, что умеет нестандартно интерпретировать классику хоррора, но в случае с «Кэрри» это сыграло с историей злую шутку. Пытаясь размыть границы между добром и злом, шоураннер лишил великий роман Стивена Кинга его главного двигателя — первобытной, концентрированной ярости.

Когда у каждого монстра за спиной обнаруживается трудное детство и ипотечный кредит, а сама жертва не так уж забита и одинока, огненный апокалипсис на выпускном балу уже не кажется логичным и единственно возможным выходом из ситуации.

А замах на супергеройскую франшизу вообще лишает уничтожение Чемберлейна и гибель сотен его жителей сакрального смысла, превращая Кэрриетту Уайт из серийной убийцы в перспективного рекрута очередной киновселенной. Вместо пугающей притчи о школьном буллинге и его тяжелых последствиях мы получили качественную, глянцевую и максимально политкорректную подростковую драму, которая изо всех сил старается никого не обидеть — кроме, пожалуй, самого Короля ужасов.

Удачного просмотра.

 

*Верховный суд РФ признал террористическим и запретил в России движение «Колумбайн» (другое название - «Скулшутинг»)