Враг мой 2.0. Рецензия на фильм «Сигнал бедствия»
В последние несколько лет обстановка в мире стала настолько похожа на брежневский застой, что в Голливуде снова начали снимать махровую антисоветчину. Художественный фильм Mayday, сделанный по заказу корпорации Apple и превращенный российскими прокатчиками (несуществующими, впрочем, ведь проката в РФ картине не видать) в «Сигнал бедствия», рассказывает историю взаимоотношений американского шпиона и бывшего агента КГБ.
В середине 1980-х, когда Михаил Горбачев только начинал свою деятельность на посту генерального секретаря СССР, американский самолет-разведчик Lockheed SR-71 Blackbird был сбит МиГ-29 над какими-то горами (видимо, Уральскими, кстати) в 2000 километрах от ближайшей государственной границы Советского Союза. Жизнерадостный шпион в исполнении Райана Рейнольдса успел катапультироваться с парашютом и свалился посреди глухой тайги. Там бы он наверняка замерз насмерть или стал жертвой медведей, как конспирологические лыжники из группы Дятлова. Но был спасен Кеннетом Браной с великолепной бородой.

Пригласить на роль экс-агента комитета государственной безопасности человека, который играл Гамлета, короля Лира, Эркюля Пуаро, Виктора Франкенштейна и Златопуста Локонса, – не такая уж несусветная глупость, как может показаться: за последние 10 лет Брана как минимум дважды перевоплощался в наших грозных соотечественников – в фильмах «Довод» и «Джек Райан: Теория хаоса». Однако, в отличие от Виктора Черевина и Андрея Сатора, командир группы «Альфа» в отставке Николай Устинов в этом фильме не главный злодей, а совсем наоборот.

Устинов (ох, знали бы сценаристы Джонатан Голдштейн и Джон Фрэнсис Дейли, чью фамилию дают своему герою-антисоветчику) по-настоящему помешан на Соединенных Штатах Америки. Он мечтает колесить по американским хайвеям в доме на колесах, завтракать, обедать и ужинать в «Макдоналдсе». Его самый любимый фильм – не «Москва слезам не верит», а Top Gun. Поэтому, когда буквально с неба на него падает сбитый американский летчик, Николай видит в этом знак свыше.

В лубяной избушке посреди дикого леса и вечной мерзлоты Рейнольдс и Брана пьют очень много свекольного самогона и говорят «на здоровье». Но подоспевшие злые кагэбэшники разрушают эту суровую мужскую идиллию. Непримиримым врагам, превратившимся в неожиданных союзников, удается обмануть бдительных агентов госбезопасности и пуститься в бега по просторам нашей необъятной матушки-России.

В процессе динамичной погони парочка приятелей опробует чуть ли не весь доступный на прибалтийских барахолках списанный советский автопром, покатается на электричке, полетает на некой «Скопе» (вот это, правда, фейк – в СССР такие изящные бизнес-джеты как раз не производились), а для финальной части приключения угонит прямо с Парада Победы на Красной площади ПГРК «Пионер» (SS-20 Saber по классификации НАТО).

Герой Браны по сценарию – бывший командир группы «Альфа», так что, несмотря на солидный возраст (Бране 65), ветеран шекспировских постановок разбрасывает подозрительных советских граждан, солдат и агентов в штатском не хуже Брюса Ли. А вот герой Рейнольдса далеко не Джеймс Бонд: он тут, как и в большинстве других своих постдэдпуловских фильмов, отвечает за юмор.

Динамика взаимоотношений в их паре напоминает дуэт Арнольда Шварценеггера и Джеймса Белуши из «Красной жары», хотя создатели наверняка имели в виду что-то более трогательное и серьезное: старые серии бондианы, «Москву на Гудзоне» или даже «Враг мой». Так же, как Деннис Куэйд и Луис Госсетт-младший, бывший агент КГБ и американский шпион воспитаны в ненависти друг к другу, но вынуждены сотрудничать и в процессе понимают, что не такие уж разные. Рекламные слоганы этих фильмов – «Друзья поневоле», «Когда враг может стать единственным шансом на спасение», «Чтобы выжить, они должны стать братьями» – нетрудно спутать.

Непрерывно кривляющийся Рейнольдс не дает оценить этот момент со всей полагающейся серьезностью и старательно обесценивает любые попытки сценаристов и режиссеров призвать русских и американцев к миру. Но если попытаться пробиться сквозь шквал постироничного метаюмора, то можно предположить, что изначально имелось в виду что-то вроде того. Возьмемся же за руки, друзья.
Удачного просмотра.