Мышцы в порядке, а тело не слушается. Почему пятилетний мальчик падал на ровном месте
Чтобы надеть ботинок, пятилетнему Саше нужно было всего несколько секунд простоять на одной ноге. Но даже это простое действие давалось с трудом: мальчик терял равновесие и падал. Похожие сложности возникали постоянно — на прогулке, во время игры с мячом или когда он пытался одеться сам.
Родители решили, что ребенку просто не хватает физической подготовки, и отдали его на акробатику. Но тренировки не помогли: Саша отставал от других детей, расстраивался и в итоге отказался ходить на занятия. Тогда семья обратилась в Центр когнитивных технологий «УГМК-Здоровье», чтобы разобраться, почему ребенку так трудно управлять собственным телом.
Во втором выпуске проекта «Когда у детей получается» вместе с неврологом, руководителем Центра когнитивных технологий Еленой Шароновой разбираемся, почему обычные тренировки не помогли пятилетнему Саше и что изменилось после курса реабилитации. Случай Саши — собирательный и приведен как пример того, как специалисты Центра работают с такими трудностями.
Когда неловкость перестала казаться случайностью
Саша был третьим ребенком в семье, и родители уже хорошо знали, как обычно дети осваивают движения и бытовые навыки. С младшим все с самого начала шло иначе.
Еще на первом году жизни он долго не мог начать ползать на четвереньках: передвигался по-пластунски и заметно подтягивал одну сторону тела. С Сашей занимались лечебной физкультурой, делали массаж, работал остеопат. Постепенно движения выровнялись: мальчик начал ползать симметричнее, а в год и два месяца пошел. Казалось, проблему удалось оставить позади.
Но с возрастом трудности стали проявляться уже в других ситуациях. Саша ронял предметы, проливал воду, иногда не доносил еду до рта. Дольше, чем старшие дети, нуждался в помощи, чтобы надеть носки, штаны или обувь. Ему было трудно стоять на одной ноге, он боялся мяча и не мог его поймать. Каждый такой эпизод по отдельности можно было списать на возраст. Но со временем их становилось слишком много, чтобы считать случайностью.
Родители попробовали добавить физической активности и записали сына на акробатику. Но секция проблему не решила. Саше приходилось выполнять те же упражнения, что и остальным детям, а справлялся он с ними хуже. Мальчик видел, что сверстники быстрее осваивают движения, расстраивался и в какой-то момент просто сказал родителям, что больше ходить не хочет.
«Очень многие родители рассуждают так: ребенок неловкий — значит, нужно отдать его на танцы, футбол или гимнастику. Но тренер в обычной секции работает на результат и предполагает, что базовые двигательные навыки у ребенка уже сформированы. Если этой основы нет, он постоянно оказывается среди отстающих. С Сашей произошло именно это», — объясняет Елена Шаронова, врач-невролог Центра когнитивных технологий «УГМК-Здоровье».
После неудачи с акробатикой родители решили разобраться уже не в том, какой спорт поможет Саше стать ловчее, а в том, почему самые обычные движения даются ему с таким трудом.
Почему дело оказалось не в мышцах
Сначала специалисты проверили, не связаны ли трудности Саши со слабостью мышц. Оказалось, что мышцы у него достаточно сильные, тонус нормальный, выраженных проблем со связками тоже нет.
Зато сложности сразу проявлялись в заданиях, где нужно было одновременно управлять несколькими движениями. Во время ходьбы Саша необычно держал руки — отводил их назад и высоко поднимал, будто помогая себе сохранять равновесие. На одной ноге он не мог простоять даже двух секунд.
Проверили и то, как Саша переключается с одного движения на другое. Его просили одновременно сжимать одну ладонь в кулак, а другую разжимать, а затем менять руки. В медленном темпе мальчик справлялся, но стоило ускориться — начинал сбиваться.
«По итогам диагностики специалисты выявили у Саши незрелость межполушарного взаимодействия. Проще говоря, отдельные движения мальчик выполнял, но ему было сложно согласовать их между собой: удерживать равновесие, двигаться, переносить вес и быстро переключаться с одного действия на другое», - объясняет руководитель Центра когнитивных технологий «УГМК-Здоровье».
Так стало понятно,почему акробатика не помогла. На обычной тренировке от ребенка уже требовалось выполнить готовое движение, а Саше сначала предстояло научиться лучше управлять его отдельными элементами.
Как Сашу учили собирать движение по частям
Для Саши составили трехнедельную программу реабилитации. В нее вошли работа с остеопатом, транскраниальная микрополяризация, занятия с нейропсихологом, нейрогимнастика по методу Николая Бернштейна и тренировки на стабилоплатформе с биологической обратной связью. Все эти методы использовали последовательно и в комплексе.
Первым к работе подключился остеопат. У Саши различались тонус и напряжение мышц с правой и левой сторон тела. На этом этапе специалисты работали с мышечным напряжением, чтобы затем ребенку было легче осваивать новые движения.
Следующим этапом стала транскраниальная микрополяризация (ТКМП). На голову Саше надевали специальную шапочку с электродами, через которые подавали очень слабые токи. По словам врача, воздействие направляли на зоны мозга, связанные с движением и координацией. Она сравнивает эффект процедуры с включением света в помещениях, которые до этого были освещены слабее: таким образом специалисты стремились активизировать работу этих зон.
После ТКМП к работе подключился нейропсихолог. На занятиях Саша учился согласовывать движения правой и левой сторон тела. Например, правой рукой ему нужно было взять предмет, лежащий слева, а левой — справа. Затем задания усложняли: мальчик брал два карандаша и одновременно раскрашивал обе половины бабочки — каждую своей рукой.
Затем началась нейрогимнастика по методу Николая Бернштейна. Занятия проходили в большом зале, больше похожем на игровую комнату: с поверхностями разной жесткости, качающимися платформами и интерактивным скалодромом. Здесь Саше создавали условия, в которых нужно было постоянно подстраивать положение тела. Например, одна нога оказывалась на твердой поверхности, а другая — на мягкой и проваливалась глубже. Чтобы не потерять равновесие, ребенку приходилось прямо во время движения перераспределять вес и усилие.
На интерактивном скалодроме задачу усложняли еще сильнее. Саше нужно было не просто добраться из одной точки в другую, но и одновременно выполнять задания руками — например, гасить загорающиеся лампочки. Так ребенку приходилось удерживать тело, следить за маршрутом и вовремя переключаться на дополнительное действие.
Отдельно Саша тренировался держать равновесие на стабилоплатформе. Встроенные в нее датчики фиксировали положение тела и передавали данные на компьютер, а сама тренировка была построена как игра. Движениями корпуса мальчик управлял тем, что происходило на экране: проходил виртуальные трассы, перемещал предметы и выполнял другие задания. Если Саша слишком сильно отклонялся вперед или в сторону, он сразу видел результат своего движения и мог скорректировать положение тела. Так ошибки, которые в обычной жизни легко не заметить, становились для ребенка видимыми.
От «не пойду» до «я сам»
Через три недели специалисты повторили часть заданий, с которых начинали диагностику. В упражнениях на быстрое переключение движений Саша стал меньше сбиваться при ускорении темпа. Улучшился и результат пробы на равновесие: в начале курса с закрытыми глазами мальчик мог простоять на одной ноге один-два счета, а к концу — до пяти.
Изменилось и отношение Саши к физической нагрузке. После неудачного опыта с акробатикой мальчик не хотел заниматься спортом. Но на занятия в Центре, по словам врача, он бежал сам — ему нравились упражнения и игры, которые там предлагали.
«Постепенно у мальчика появилась и уверенность в собственных силах. Когда во время одной из проверок я предложила Саше помощь, он ответил: «Я сам», - вспоминает Елена Шаронова.
Мама увидела перемены и за пределами Центра. Саша снова стал охотнее играть на детской площадке, а в развлекательных центрах начал интересоваться рукоходами и другими конструкциями, где нужно удерживать равновесие и координировать движения.
«Нельзя сказать: через три недели Саша здоров и дальше ничего делать не нужно. Мы создали основу. До этого родители уже пытались добавить спорт, но для него этот этап оказался преждевременным. Теперь эту базу можно дальше развивать обычной физической активностью», — объясняет врач.
Когда падения — уже не просто детская неловкость
Дети падают, спотыкаются и не сразу осваивают новые движения. Поэтому насторожить должна не сама неловкость, а то, что одни и те же трудности повторяются снова и снова.
«Если ребенок регулярно спотыкается, его не учит опыт, он постоянно врезается в одни и те же препятствия, это повод показать его специалисту», — объясняет Елена Шаронова.
То есть важен не сам факт падения или неудачного движения, а динамика: становится ли ребенку со временем легче справляться с той же задачей. Если этого не происходит, стоит разобраться в причине.
