Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.
Область
Заразились
43612 +389
Выздоровели
35792 +394
Умерли
961 +10
Россия
Заразились
2114502 +25173
Выздоровели
1611445 +16002
Умерли
36540 +361

Новый министр здравоохранения помог клинике Тетюхина. Но только советом

15 сентября 2020, 14:05
репортаж
Новый министр здравоохранения помог клинике Тетюхина. Но только советом
Фото: 66.RU
Министр здравоохранения региона Андрей Карлов предложил клинике Тетюхина инвестировать в новые проекты. Базовую концепцию госпиталя пора пересматривать, считает он. Одной из специализаций может стать онкология.

С гендиректором клиники Алексеем Щелкуновым и главврачом Сергеем Амзаевым министр встретился в субботу, 12 сентября, когда инспектировал медицинские учреждения Нижнего Тагила — детские/взрослые поликлиники, больницы, филиал областного онкодиспансера и станцию скорой помощи. По словам Андрея Карлова, в госпитале Тетюхина он побывал впервые.

Щелкунов рассказал министру, что медицинский центр работает с 2014 года. Для запуска второй очереди нужны дополнительные вложения — инвестором могла бы стать Свердловская область. По сути, госпиталь Тетюхина — проект ГЧП, где отношения собственников пока не урегулированы. Долю региона — 25,6% — клиника передаст КРСУ до конца года.

Карлову показали госпиталь и недостроенные объекты — реабилитационный центр и общежитие для среднего/младшего медперсонала, которое теперь собираются перепрофилировать для нужд здравоохранения. Часть площадей второй очереди госпиталь мог бы сдавать в аренду медицинским организациям — такие предложения уже поступали.

Фото: 66.RU

Щелкунов пояснил — 80% доходов центру обеспечивают программа госгарантий, областные и федеральные контракты на высокотехнологичную медицинскую помощь (ВМП). Коммерческая составляющая растет медленно — больные не готовы платить 206 тыс. рублей за операцию по замене тазобедренного или коленного сустава

— У нас были пациенты из ЯНАО, где заработная плата в два-три раза выше, чем в Свердловской области, — сообщил Щелкунов. — Но даже в северных регионах большинство жителей предпочитает лечиться за счет государства,

— В Екатеринбурге ваши технологии были бы востребованы, — заметил министр.

— Платежеспособный спрос там выше, чем в Тагиле, — согласился Щелкунов. — Но изменить дислокацию клиники мы не можем — точка невозврата уже пройдена. Зато федеральная квота на ВМП, доступная с этого года, позволит привлекать пациентов из других регионов. В Челябинске очередь на эндопротезирование — около 4,5 тысяч человек. В Пермском крае, наверное, не меньше.

— А почему вы так держитесь за операции на суставах? — спросил Карлов. — В медицине много других перспективных направлений.

Гендиректор клиники пояснил на цифрах:

— Российский Минздрав считает, что стремиться нужно к показателю две операции на тысячу человек. Это 280–300 тыс. имплантаций в год, в основном тазобедренных и коленных суставов. Сегодня и в Свердловской области, и в стране делают втрое меньше. Значит, больничных мощностей недостаточно.

Карлова это не убедило. За два дня, проведенные в Нижнем Тагиле, он разобрал с главврачами больниц кейсы «неисправный томограф», «ошибка с распределением потоков больных» и «урезанная смета на ремонт роддома», не оставлявшие государственным медучреждениям пространства для маневра. У госпиталя Тетюхина таких проблем не было. Министр считал, что за шесть лет реальный спрос на эндопротезирование сократился и концепцию УКЛРЦ надо пересматривать.

— Если ничего не менять, бизнес-проект живет максимум пять лет, причем уже на первом году нужно думать о диверсификации, — сказал он. — Для этого лучше смотреть, что ожидает регион в будущем. Сейчас у вас уникальные стартовые условия чтобы сделать многопрофильную клинику, ориентированную на госзаказ, — здание и техническая инфраструктура госпиталя в идеальном состоянии. Вставляйте блоками новые технологии и работайте. За 10 лет вы не раз успеете переобуться и вернете вложенные деньги — это я вам говорю не как министр, а как бывший главврач детской больницы.

Сергей Амзаев полагал, что клиника изменилась.

— Госпиталь уже не тот, что в 2014 году, — не согласился он. — Раньше на втором этаже было отделение хирургии органов малого таза. Несколько коек — урология, проктология, гинекология. Потом мы эти направления разделили, и объемы выросли. Сейчас лечим лор-заболевания — в планах этого не было. В начале года открыли отделение реабилитации на 37 коек.

— Это частности, а вы должны угадывать стратегические направления, — пояснил Карлов. — Возьмите, например, диагностику и лечение онкологических заболеваний. Там работы непочатый край, тем более что в Нижнем Тагиле это большая проблема. А пересаживать суставы сейчас научились все.

Министр напомнил — в области открываются центры амбулаторной онкологической помощи с дневными стационарами, где пациенты с подозрением на заболевание будут проходить клиническое обследование, а при подтвержденном диагнозе — химиотерапию.

— При прочих равных больные будут лечиться там, где комфортно, тем более, у вас хорошо налажена реабилитация, — сказал Карлов.

Вопрос, какое распределение региональных квот на эндопротезирование считать справедливым, обсудить не успели. Щелкунов напомнил, что в 2020 году клинике не удалось заключить контракт со свердловским минздравом — по сравнению с прошлым годом, центр недосчитался тысячи квот на операции по пересадке крупных суставов.

Завершить разговор о новых специализациях УКЛРЦ Андрей Карлов предложил в Екатеринбурге.