Ужасы осеннего Заполярья: Яков Можаев пробует шаурму в «Мегашаурме»
Светлеет поздно, темнеет рано, холодно и скользко. Эти признаки со всей неутешительностью говорят об одном: наступило самое продолжительное время года на Урале – зимоосеневесна.
Солнце, презрев свои прямые обязанности, вяло описывает по небу низкую дугу с плакатом: «Тепла нет, но вы там держитесь», Луна всем своим видом ясно говорит, что она ничего и не обещала. Глядя на заоконный градусник, хочется нахлобучить ему шапочку и шарф, чтобы не мерз.
В эти месяцы всё живое стремится согреть себя снаружи и изнутри. Конечно, наши люди способны есть мороженое при любых отрицательных температурах, но все-таки обороты в киосках с прохладительным несколько падают, а вот с согревающим – растут. Съесть что-нибудь понажористее и запить чем погорячее – вот план, свидетельствующий не о презрении к ЗОЖу, но о наличии инстинкта самосохранения.
Тем более что в рано наступающих сумерках огни уличных злачных заведений выглядят существенно ярче и бесстыдно манят путников разной степени замерзания.
Один из таких оазисов расположен на перекрестке улиц 8 Марта и Большакова и озаряет тротуар вокруг себя светом вывески «Мега шаурма». О, этот зазывный свет оттенка шляпы молодого лепрекона!
Внутри – лаконично. Вон вертел с мясом, вот контейнеры с накладками и намазками, вот повелитель фаршированного лаваша. Ничего лишнего, светло и главное – тепло. Можно употребить шаурму тут же, за столиком, плечом к плечу с путниками, которых загнал сюда голод и/или холод. Есть несколько «но»: есть придется стоя, как боевая лошадь, а также занимать драгоценное место, где люди в тепле могли ждать своей очереди.
Возьмем навынос, поедим дома.
Шаурма обычная
120 руб. за порцию
Шаурма двойная
170 руб. за порцию
Мир вообще далек от идеала, и эти две шаурмы – яркое тому доказательство. И хотя внутренний мир в них примерно одинаков – морковь, овощной салат из капусты, огурцов и помидоров, лук, курятина и соусы – скверны они по-разному.
В обычной шаурме мало начинки. Она стыдливо кутается в многослойность лаваша, чтобы скрыть свою болезненную худобу. Зубы вязнут в тесте, под давлением укуса соус стремится выдавиться в разные стороны. Прожевывая с трудом откушенное, понимаешь: вот она, еда голодного года. Подходящие альтернативные названия — «Хлеб всему голова» и «Твой друг углевод».
В двойной шаурме начинки, как можно было подумать, отнюдь не в два раза больше. Видимо, ее так назвали за то, что есть ее в два раза неудобнее и хлопотнее – щедрой рукой туда нахлобучено такое количество майонеза с кетчупом, что размокший лаваш расползается даже тогда, когда к нему никто не притрагивается. Выглядевшая бодро и объемисто во время создания двойная шаурма за 7 минут превратилась в полуразвалившийся от сырости макет себя в масштабе один к одному.
В совокупности же эта парочка, бодро маршируя по шкале пищевых ценностей, уверенно приближается к отметке «корм», оставив далеко позади деления «блюдо» и «еда».
Если вы – покоритель Арктики Фритьоф Нансен, позавчера доели последний кожаный саквояж, вокруг сотни миль ледяного безмолвия и из теплого – только некоторые оттенки сполохов северного сияния – да.
Но вообще – нет.
