Александр Аксаков, Банк ДОМ.РФ: «Уральские предприятия хорошо адаптируются к изменениям»

— Ключевая ставка серьезно ограничивает возможности для развития бизнеса. Но, с другой стороны, предприятия не могут просто остановиться и ждать лучших времен и привлекают финансирование в банках. Как компании сегодня выживает в этой ситуации?

— Действительно длительный период высокой ключевой ставки серьезно влияет на предприятия. Многие прогнозировали ее существенное снижение, но пока эти ожидания не оправдываются. Поэтому компании вынуждены закладывать дополнительные расходы на процентную нагрузку в своих инвестиционных проектах и реализовывать только те проекты, в высокой рентабельности которых они могут быть уверены.

Естественно, в таких условиях вопрос номер один - поиск различных форм субсидирования и возможностей снизить стоимость заемных средств. И тут мы видим, что правительство и Банк России переходят от привычных субсидий к мерам поддержки, позволяющим не тратить бюджетное финансирование с одной стороны и при этом поддержать производства с другой.

— О каких мерах идет речь?

— Это так называемое стимулирующее регулирование, которое начали вводить в 2024 году. Оно касается важных для государства и страны инициатив: проектов технологического суверенитета, в сфере структурной адаптации экономики или устойчивого развития.

Как это работает? Отдельные проекты, которые обеспечивают для России технический суверенитет, структурную адаптацию экономики или устойчивое развитие, получают от Банка России послабления по их учету в отчетности Банков, которые позволяют банкам существенно снизить нагрузку на капитал по кредитам на реализацию таких проектов, в отдельных случаях и в два раза.

Это создает реальные возможности для кредитования проектов, которые ранее профинансировать было в принципе невозможно и позволяет уменьшить процентную нагрузку даже без прямых бюджетных субсидий.

Механизм уже показывает значительный масштаб применения. В общем реестре по стране находятся проекты общей стоимостью несколько триллионов рублей. При этом потенциал программы остается высоким: системно значимые банки имеют возможность дополнительно предоставить финансирование еще на несколько триллионов рублей без нарушения установленных нормативов капитала. Это означает, что инструмент стимулирующего регулирования может стать одним из ключевых факторов ускорения промышленного развития и реализации стратегических проектов в 2026-2027 годах.

— Но вряд ли стимулирующие меры работают лучше прямых вливаний денег, которые нужны бизнесу?

— Они смогут заменить прямые субсидии лишь отчасти, становясь востребованными в условиях дефицита бюджета, когда прямое стимулирование в формате субсидий снижается. Нужно использовать все доступные инструменты, которые позволяют снизить стоимость кредита, это в любом случае выгоднее, чем прийти в банк и на коммерческих условиях без каких-либо стимулирующих мер получить кредит.

— На что вы как банк смотрите, когда оцениваете компании и проекты? Какие изменения видите у промышленников за последний год?

— Сама ситуация у большинства промышленных предприятий стала сложнее. Многие строили финансовые модели, рассчитывая на более быстрое снижение ключевой ставки. Теперь эти прогнозы приходится пересматривать.

Раньше основой анализа была финансовая отчетность за предыдущие периоды, а теперь мы обязательно оцениваем будущие. Причем не просто изучаем прогноз компании, а проверяем, как он будет выглядеть при разных сценариях.

Берем финансовую модель компании и проводим стресс-тестирование.
Например, предполагаем, что ключевая ставка останется высокой дольше ожидаемого, прибыль окажется ниже, капитальные затраты — выше, а темпы развития бизнеса — медленнее. После этого смотрим, сможет ли компания даже в таком консервативном сценарии обслуживать свои обязательства перед банком. Такие же подходы применяем при оценке инвестиционных проектов.

— Какие отрасли сегодня продолжают привлекать финансирование?

— Промышленность, фармацевтика, нефтегазовый сектор, металлургия, торговля, IT. Компании привлекают как оборотное финансирование, так и продолжают обсуждать и запускать отдельные инвестиционные проекты, как раз с помощью тех механизмов, которые мы обсудили выше.

Отдельно хочу выделить инфраструктурные проекты. Они дают высокий мультипликативный эффект: каждый вложенный рубль приносит экономике значительно больший результат за счет развития территорий, налоговых поступлений и привлечения частных инвестиций. Здесь играют большую роль механизмы государственно-частного партнерства и концессий. И сейчас готовятся изменения регулирования, которые могут сделать финансирование доступнее. Это позволит банкам учитывать участие публичной стороны - региона или муниципалитета в проекте и выдавать кредит на тех условиях, на которых они бы выдали правительству субъекта. Это делает финансирование менее рискованным и позволяет снизить стоимость. Поэтому инфраструктурная отрасль, мне кажется, одна из тех, что может выступить своего рода локомотивом экономики.

— Есть ли у уральского бизнеса своя специфика и запросы к банкам?

— Мы в банке смотрим на уральские предприятия и видим как правило очень технологичный и хорошо адаптирующийся к изменениям бизнес. Да, компании говорят о сложностях с логистикой, поставками оборудования и материалов. Это увеличивает стоимость проектов. Но это проблема не только Урала — она характерна практически для всей экономики.

Вообще бизнес умеет быстро приспосабливаться. Для него важнее всего доступ к длинным и недорогим деньгам, а также предсказуемые правила игры — налоговая политика и регулирование. Если эти условия есть, дальше предприниматели сделают все необходимое сами.

— Какие отрасли могут стать драйверами экономики в ближайшие годы?

— Думаю, большие перспективы есть у сферы IT. Наша страна традиционно сильна в цифровых технологиях. Сегодня эти решения все активнее внедряются не только в банковской сфере, но и в промышленности, нефтегазовом секторе, экологии и других отраслях.

Практически все руководители крупных компаний говорят, что активно инвестируют в автоматизацию и искусственный интеллект. Как раз рост производительности труда может стать одним из главных факторов развития экономики в ближайшие годы. Ведь при очень низкой безработице именно повышение эффективности становится ключевым источником дальнейшего роста.