Финальный аккорд Перестройки: тест-драйв того самого Land Rover Discovery с легендарной Camel Trophy
- У этого материала есть видеоверсия, которая интересна даже не «вместо», а «вместе» за счет большого массива архивного nostalgie-контента. Заодно подписывайтесь, не стесняйтесь — там в 10 раз не замедляют.
Осторожно: Россия открывается
34 года назад — это, стало быть, 1990-й. Излет Перестройки — или ее последнее издыхание. Тут уж у кого какой угол зрения. Независимо от угла зрения, мало кто поспорит вот с чем: в 1990-м и около него казалось, будто некогда самая закрытая страна континента полностью открылась миру.
Москва — точка притяжения. Советская Россия — моднейшее государство на континенте. На российской эстраде — мировые звезды (Ozzy, Metallica, Pantera, Scorpions), на прилавках — мировые бренды (Pepsi), на Пушкинской площади в Москве — первый ресторан мировой сети McDonald's.
Изрядные итоги 70 лет советской власти: десятки тысяч человек стоят в очереди на морозе и в зале, чтобы попробовать булку с котлетой и кетчупом.
«Когда еще такие рестораны появятся в каждом городе Союза?» — игриво вопрошал корреспондент молодежного телевидения в репортаже с открытия. Мальчик-школьник из толпы в свою очередь удивлялся: «Вот мне раньше говорили, что на Западе все какие-то дикие, все ходят, друг друга убивают. А теперь, когда сюда пришел, увидел, что можно спокойно прийти, выпить стаканчик «Колы».
Очевидно, что где-то в этом ряду событий должны были состояться и какие-нибудь спортивные состязания мирового масштаба. И они состоялись. Не просто в советскую, но глубинную, Россию приехал Camel Trophy.
Владислав, придумал «Made in Ural». И много чего еще.
Владислав с ходу вывалил на меня много фактуры, которой не в каждой «Википедии» найдешь.
— О, чемоданы. Оригинальные! Такие давали каждому участнику гонки — под личные вещи. Хотя в экстренной ситуации они могли выступать в том числе как плавсредство. Только непонятно, куда в таком случае девать вещи.
— Если ты уже вынужден плыть на чемодане, то, наверное, без разницы.
— … Ну да.
Чемоданы. На них можно плавать.
По ходу пьесы регулярно перемещаемся между дедулей-Discovery и его дальней родней, новым Defender'ом. Которые, кстати, тоже составляли костяк Camel Trophy всех лет. Но то была максимально кондовая машина, на техническом уровне немногим сложнее палки-копалки или молотка с деревянной ручкой: инструмент.
Defender сегодняшний — автоматический, пневматический, электрический, оцифрованный — хорош, но, боюсь, дистанцию а-ля Trophy уже не осилит. Ну, или осилит, но один раз и если его в конце подталкивать — или тянуть на «лямке» таким вот Discovery.
«Дискавери» же тащить никуда не надо — он до сих пор сам спокойно заводится и прекрасно едет, словно только что сошедший с конвейера UAZ Patriot. Отрадно, что в 2024-м в Ульяновске держат планку Ковентри, Великобритания. 90-го года.
Хотя такого хорошего мотора в ульяновском (и заволжском) исполнении не помню. И паразитных вибраций, трансмиссионных гулов у Discovery куда меньше, чем у нового внедорожника Made in Russia. С оглядкой на 34 года и миллион километров — вообще снимаю шляпу (как Сарик Андреасян с Никитой Кологривым).
«Мешалка» втыкает передачи с точностью хорошо смазанного ружейного затвора, а руля машина слушается с минимальным люфтом. Плюс, для его поворота не надо иметь бицепс Ивана Данко из «Красной жары»: у англичан уже в 90-м нормой был усилитель руля.
Передаточные числа в трансмиссии подобраны (что логично) по-внедорожному: ультракороткая I-я, которая в не экстремальных условиях вполне сойдет за «понижайку», а в условиях совсем обычных стартовать можно вообще сразу со II-й. А когда добрался до IV-й, как-то беспечно расслабившись на разбитой лесной дороге, коллеги из Музейного комплекса впервые за все время мягко попросили осадить: «Кирилл. Нам ее еще в экспозицию ставить».
А во мне все бурлит! Да, этот LR — ископаемое, реликт, наследие Belle epoque, когда казалось, что всегда все будет хорошо, а нехорошо — уже не будет. Помимо того что он музейная ценность, он еще и свидетель (и участник!) переломной страницы в культурной, духовной, социальной, политической жизни целой страны. После Оззи, «Пантеры» и Брайана Джонсона он — последний аккорд Перестройки (дальше — только «Лебединое озеро»).
Списывать его со счетов? Отправлять на пенсию в красивый, стильно высвеченный павильон? Кощунство! Да, дедуля-Discovery — памятник. Но из тех, что не жалуется на боли в пояснице и которого непременно надо выгуливать по лесам и прериям.
Благодарю Музейный комплекс в Верхней Пышме за неповторимый опыт
