Живое воплощение американской мечты: вспоминаем историю культовой машины за рулем Ford Mustang
Не творю кумира
Тяжело жить с профдеформацией — кажется, что люди вокруг постоянно несут какую-то дичь. Например, воспевают как выдающуюся машину то, что как машина — посредственность. Широкие народные массы с придыханием ставят Mustang куда-то на одну ступеньку с Ferrari F50 или McLaren F1, хотя даже с Porsche 911 любой итерации он рядом стоять не достоин.
Те машины — инженерные шедевры, произведения технического искусства: у F50 был «формульный» мотор, F1 делал 0–100 за 2,8 секунды задолго до Илона Маска, 911 в любой итерации рвал Нюрбургринг. Чем отвечал Mustang? Рессорной подвеской от телеги и мотором от семейного седана.
3,2-литровый мотор от семейного седана Falcon — это рядная «шестерка», 120 сил. Ничего выдающегося, но при массе чуть за тонну — вполне хватает для размеренной езды без претензий. Позже модельный ряд расширился уже более привычным для пони-кара V8 (200–306 л. с.).
Чтобы понять, насколько передовым был такой подход, надо вспомнить карьеру другого великого управленца — Фердинанда Пиеха (Volkswagen-Audi Group).
Говорят, когда он возглавил концерн в 90-х и первично погрузился в дела, воскликнул что-то вроде «А какого черта у нас 17 видов прикуривателей?!» В итоге Skoda Fabia и Porsche Cayenne получили унифицированные детали, а Cayenne/Touareg/Q7, равно как Golf/Octavia/Leon, по сути, одна и та же машина с разным кузовом. Важно другое: даже прогрессивные немцы до тотальной унификации пришли только через 30 лет после того, как до этого додумались в Детройте.
Благодарим Музей автомобильной техники за уникальный опыт.
Главная новость по теме
>
