9 апреля 2014, 09:00

«Наш дом» — банкрот. Владимир Тунгусов потихоньку выходит из строительного бизнеса

«Наш дом» — банкрот. Владимир Тунгусов потихоньку выходит из строительного бизнеса
Фото: Дмитрий Горчаков, архив 66.ru
Некогда могущественная корпорация, основателем которой был создатель «коллективного Чернецкого», ликвидируется. Открыто конкурсное производство.

В арбитражном суде Свердловской области рассматривается дело о банкротстве ЗАО «Наш дом». 5 февраля суд признал компанию банкротом и открыл конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Эксперты и участники строительного рынка сходятся во мнении, что банкротство задумано для того, чтобы «обрезать хвосты». Начать с чистого листа.

Все скандалы-интриги-расследования, которые когда бы то ни было были связаны с наименованием «ЗАО «Наш дом», должны забыться и стереться из памяти. С исчезновением компании в Екатеринбурге не останется застройщиков, настолько явно аффилированных с городской администрацией (соучредитель «Нашего дома» Владимир Тунгусов, напомним, до сих пор является одним из заместителей главы Екатеринбурга).

Собственный источник Портала 66.ru, близкий к компании «Наш дом»:

— Процедура банкротства затеяна вовсе не для того, чтобы не отдавать долги или кинуть контрагентов или налоговую инспекцию. Назрела необходимость поменять бренд. С ликвидацией «Нашего дома» бизнес избавляется от сложившегося отрицательного и устаревшего имиджа компании. И ликвидация через банкротство в этом плане проще, удобнее и интереснее для собственников.

У банкротящейся корпорации, созданной в начале девяностых, всего шесть кредиторов. Все относятся к третьей очереди (очередность выплат устанавливает Гражданский кодекс РФ).

Один из кредиторов — строительная компания «Оника», известная в Екатеринбурге такими объектами, как ТЦ «Покровский», «Успенский», «Кировский», жилой комплекс «Солнечный замок» (Крауля — Токарей) и другими. В 2008 году «Оника» была подрядчиком «Нашего дома» на строительстве многоэтажки в квартале улиц Ясная — Шаумяна — Волгоградская — Громова. Но в процессе строительства не смогли договориться о цене. Компании выступали со встречными исками друг к другу, и суд частично удовлетворял требования обеих.

Еще один крупный кредитор — ЗАО УК «Инвестстрой». Это компания, управляющая несколькими паевыми инвестиционными фондами, через которые финансировались стройки «Нашего дома». В частности ЗПИФ «Инвестиции в недвижимость» перечислил в 2009 году порядка 700 млн рублей на большую стройку в районе улиц Викулова и Коперника. Но эта стройка так и не началась — в 2009 году суд признал ничтожным договор аренды земельного участка и фактически запретил «Нашему дому» строительство.

Вот такие веселенькие дома планировалось построить в районе улиц Викулова и Коперника. Однако проект почил в бозе.

Другая проблемная стройка, финансируемая «Инвестстроем» уже через ЗПИФ «Квартал», — односекционная многоэтажка в квадрате улиц Репина — Ленинградская — Манчажская — Огарева. В 2008 году в ее возведение было инвестировано более 250 млн рублей. Но и это строительство так и не началось. А недавно на площадку вышла правопреемница «Нашего дома» — компания «НКС Девелопмент».

На улице Ленинградской сейчас планируется построить самый ходовой на сегодняшнем рынке товар — дом, по большей части состоящий из «однушек».

Источник Портала 66.ru:

— Участок в районе улиц Викулова и Коперника не единственный актив «Нашего дома», полученный, минуя системы аукционов. Прокурорские проверки были по множеству из таких участков. Сейчас вся земля выведена из активов банкротящейся компании, оформлена на другие юридические лица и по большей части фактически принадлежит на правах собственности либо аренды новому юридическому лицу — компании Сергея Клименко «НСК Девелопмент».

В этом, по мнению собеседников Портала 66.ru, кроется вторая причина банкротства: разделение имущества между двумя отцами-основателями строительной компании — Владимиром Тунгусовым и Сергеем Клименко, бывшим вице-мэром Екатеринбурга по экономике. Тунгусова постепенно вывели из строительного бизнеса, главным в котором стал его старинный компаньон. Так два совладельца поделили бизнес на деньги и активы.

Однако нам показалось странным, что фактически проекты строительной компании восстают из пепла под новым юридическим названием. Так произошло с площадкой «Нашего дома» на ВИЗе. Такая же ситуация — на Ленинградской. И мы попросили нескольких юристов изучить дело о банкротстве — нет ли в нем еще каких-нибудь подводных камней.

Артем Денисов, управляющий партнер юридической компании «Генезис»:

— Контролируемость данной процедуры можно выявить, только проанализировав и проверив контрагентов компании-должника и сопоставив их с кредиторами. Вся процедура с первого взгляда достаточно банальная. Даже если предположить, что заявитель — аффилированное лицо к должнику и инициация им процедуры носит заказной характер, то не совсем понятно отношение остальных кредиторов к арбитражному управляющему. Потому что, как правило, если временный управляющий назначен «случайно», то после процедуры наблюдения он слетает и реестровые кредиторы большинством голосов выбирают нового, «лояльного» арбитражного управляющего. То, что нынешний управляющий не слетел на стадии конкурсного производства, может говорить как о его хорошей работе, так и об аффилированности кредиторской группы к должнику.

Конечно, закон не запрещает регистрировать новое юридическое лицо, вести от его имени деятельность, заключать контракты с контрагентами, это собственные риски покупателей и поставщиков. Ничто не мешает аффилированным лицам заниматься «новым» бизнесом.

Светлана Корабель, управляющий партнер юридического агентства «ЮС КОГЕНС»:

— Банкротство застройщика часто может использоваться в том числе для того, чтобы уйти от исполнения гарантийных обязательств, которые могут возникнуть в будущем. Ликвидированная компания не несет никакой ответственности за объекты, которые построила. Спросить не с кого.

Банкротство явно носит контролируемый характер. Но исключительно для того чтобы раздать все долги. Совокупная стоимость активов предприятия, согласно балансовому отчету, составляет 343 млн рублей. 217 из них — объекты незавершенного строительства. Сейчас из всех активов будет формироваться конкурсная масса, которую распределят среди кредиторов, распродавая с торгов.

При этом совокупные требования кредиторов, включенных в реестр, составляют всего 242 млн. И то, что активов по балансу достаточно для погашения всей заявленной кредиторской задолженности, — первое, что бросается в глаза юристам.

Еще один анонимный источник — юрист, специализирующийся на спорах в сфере недвижимости:

— Вывод имущества с минимальными потерями часто бывает основной целью банкротства. Чтобы ты потерял не все имущество, которое у тебя есть, а, грубо говоря, купил его по самой низкой цене. Ну и не стоит забывать, что, когда к твоей компании накопилось множество вопросов, с ней связано много «поганок», ликвидировать ее сам бог велел. Нет компании — нет проблемы. При этом используется именно инструмент банкротства, потому что просто так ликвидировать компанию, у которой есть хоть одна копейка долга, невозможно.

Добавим, что при всей своей формальной отстраненности нового владельца проектов «Нашего дома» — компании «НКС-Девелопмент» — от мэрии, очевидно, что она уверенно чувствует себя на рынке Екатеринбурга. Хотя бы потому что пост ее директора занимает тот же человек, который руководит крупнейшим СРО, объединяющим городское строительное сообщество, — Гильдией строителей Урала.

Фото: amolokov.ru, архив 66.ru

Фото: amolokov.ru, архив 66.ru