25 ноября 2013, 09:00

Владимир Копылов, «Стройтэк»: «Генподряды спасают от кризиса»

Владимир Копылов, «Стройтэк»: «Генподряды спасают от кризиса»
Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru
Глава компании, второй год подряд возглавляющей «рейтинг добросовестных подрядчиков», — о комплексном развитии территорий, строительстве метро и о том, почему не надо становиться крупным застройщиком.

Посещая многочисленные екатеринбургские стройплощадки, невозможно не заметить, что подрядчики на большинстве из них одни и те же. «Стройтэк» — одно из самых повторяющихся имен в паспортах объектов.

Пока у нас росло ощущение «всеобщего стройтэка», оказалось, что компания регулярно возглавляла рейтинг добросовестных застройщиков Екатеринбурга, официально объявляемый мэрией.

Последней каплей стало то, что с главой компании Владимиром Копыловым мы встретились на земельных торгах в МУГИСО. Там он за 77 с лишним млн рублей выиграл участок земли под многоэтажное жилое строительство. А на вопрос: «Будете ли участвовать в дальнейших аукционах?» — ответил: «В этом аукционе мы пока ограничимся приобретением одного участка».

Мы договорились об интервью — мне хотелось понять, почему такой крупный подрядчик не становится застройщиком. Что останавливает? Я с этого и начал разговор.

— У вас нет ощущения, что ваша компания просто неприлично быстро растет?
— Это не совсем так. Она действительно входит в число крупнейших в Екатеринбурге, но это не произошло в одночасье. Мы существуем с 1991 года и развивались достаточно поступательно.

— С 1991 года вы работаете на генподрядах?
— Нет. Сначала мы были субподрядчиками — делали кровли и гидроизоляцию. Потом начали заниматься фасадами. А первым полноценным объектом стал «Екатерининский» — мы заходили на него как субподрядчик, но заканчивали уже как генподрядчик. Это было в 2000 году. Мы же построили и аквапарк в начале 2000-х.
У нас не было задачи пиариться и светиться, но мы достаточно много и успешно строили. Все «Мегамарты», которые существуют в Екатеринбурге, строили мы. Порядка двух десятков, в том числе «Ботаника молл». Станция метро «Ботаническая» — уникальный объект, на слуху. Построили несколько школ, поликлиник.

— «Чкаловскую» не вы строили?
— Нет, на метро было два генподрядчика, чтобы две станции строились параллельно.

— Какой ваш самый крупный объект?
— Пожалуй, Академический. Мы построили там примерно половину.

— Вы же строите и на площадке Группы ЛСР «Мичуринский»?
— Да, это правда.

Офис «Стройтэка» располагается в одном из домов, построенных этой компанией — на улице Сурикова.

Здоровый прагматизм

— А собственные объекты у «Стройтэка» тоже есть? Где компания выступает в роли застройщика.
— Есть. Как застройщик мы присутствуем на рынке пять лет. Особенно активно — последние два года. Сдавали порядка 10 тысяч квадратных метров в год, в этом году, я думаю, получится тысяч 40–50 м2 собственного жилья.

— А вы собираетесь окончательно превратиться из генподрядчика в застройщика?
— Нет.

— Почему?
— Прошедший кризис 2008 года для нас не очень был ощутимым как раз по причине того, что мы в основном работали на генподряде. А он прежде всего ударил по застройщикам. Объемы упали, продажи упали, застройщики урезали финансирование по своим объектам. Банки урезали кредитование, а других источников финансирования у застройщиков нет. Да и тяжело нести кредитную нагрузку, когда нет постоянных объемов. Объемы генподряда сократились не так ощутимо.

— То есть вас спасли от кризиса именно генподряды?
— Во-первых, в то время мы строили метро. Это небольшое, но постоянное финансирование, которое, однако, не является определяющим — 200–300 млн в полгода. Во-вторых, стабильные объемы были по торговым центрам — ежегодно сдавалось по два-три «Мегамарта» площадью 10–15–20 тысяч м2. И это тоже достаточно устойчивое финансирование, ритейлеры готовы расти невзирая на кризис. Но больше всего от кризиса спас Академический. Он тоже строился несмотря ни на что — надо было, чтобы стройка звучала, надо было раскачивать проект.

Я придерживаюсь позиции, что генподряд должен быть в портфеле всегда. И доля его должна быть достаточно большой, поскольку это определенная стабильность. И потом — самостоятельное строительство — это более тяжелые деньги с точки зрения возможных рисков.

«Будущее за развитием застроенных территорий, но разве могут застройщики без поддержки властей справиться с отселением горожан из ветхого жилья?»

— Если вы такую большую ставку делаете именно на стратегию генподряда, зачем вам вообще собственные проекты?
— Они позволяют самостоятельно формировать заказы, облегчают долгосрочное планирование. Объекты сейчас не строятся больше одного года. А собственный проект позволяет планировать на более долгий срок: покупаешь землю, проектируешь, строишь. Поэтому все мечтают о каком-то стабильном состоянии, когда есть постоянная работа, когда можно держать постоянный коллектив человек двести, которым можно эффективно управлять. Но наша экономика позволяет стабильно существовать, только если постоянно развиваешься.

Любой ценой

— Вы являетесь застройщиком двух площадок в районе Широкой Речки, одну из которых приобрели в аренду совсем недавно. Перспективное направление?
— Оно уже сейчас активно застраивается и будет застраиваться дальше. Я думаю, что года через два-три там будет уже красота. Но пока район не очень раскачан, в том числе и по ценам. Но он раскачивается. Там решены вопросы с сетями. Мало того — и на аукционы идут те же застройщики, которые уже развивают это направление: мы, «Синара», «Атомстройкомплекс». Это позволит уменьшить финансовую нагрузку на подключение — у всех нас есть запасы, мы знаем, куда будем подключаться.

— А как вы оцениваете начальную цену аукционов?
— Цена была адекватной. Правда, я не понимаю, откуда она берется. Почему оценщик именно так оценивает эти участки? Непонятно происхождение кадастровой стоимости, из которой высчитываются налоги и арендная плата. Вот она уж точно переоценена.

Владимир Копылов считает, что залог успеха — в соблюдении хрупкого баланса между собственными объектами и генподрядом.

— Я правильно понимаю, что пока вы больше не собираетесь участвовать в земельных торгах?
— Там — пока нет.

— А где собираетесь?
— Ну, где будут выторговывать…

— Так там и будут.
— Значит, пока, наверно, нет. Честно скажу, лучше иметь площадки в нескольких районах.

— А где еще в городе есть ваши собственные стройки?

Владимир Копылов берет в руки беспроводную мышь, и тут мы замечаем, что на большой монитор на стене выведены веб-камеры со стройплощадок «Стройтэка».

— Вот это — ЖК «Атлант» на улице Старых Большевиков — двадцать этажей, порядка 40 тысяч м2. 16-этажка на Ангарской — Кунарской (Сортировка). Это Екатерининская — Хрустальногорская. Это — Ландау («Мичуринский», — прим. ред.), вторую очередь которого нам надо сдать до Нового года. А вот самый важный объект — садик на Бебеля. Мы начали его в конце августа, а сейчас уже почти закончили. Причем строим из конструктива ЛСР.

— Сейчас вы продолжаете строить в Академическом?
— Пока да. В этом году мы сдадим там порядка 130 тысяч м2.

— О чем должно сказать слово «пока»?
— Всего лишь о том, что нет ничего постоянного в этом мире. Ситуация меняется, и они могут посчитать, что кто-то построит дешевле. А мы, может, посчитаем, что не готовы работать за такие деньги. Заказчику всегда кажется, что он переплачивает. Подрядчику кажется, что ему недоплачивают.

Из рабочего кабинета в режиме онлайн можно следить за стройплощадками.

«Русское поле экспериментов»

— В 2012 году вы выиграли торги на развитие застроенной территории на Эльмаше. Результаты аукциона потом отменили, вам вернулись ваши деньги. Вы действительно готовы взять на себя такую ношу? Готовы снова участвовать в торгах на РЗТ?
— Не готов сказать. Честно говоря, сегодня это очень сложно.

— Но вы же один раз ввязались...
— Ввязались. Но у компаний, которые этим занимаются, остаются проблемы, например, с отселением — далеко не все они решены законодательно. Я до конца даже не представляю себе все сложности, с которыми сталкиваются компании, развивающие застроенные территории. Но у них точно дела идут непросто. И толком никто ничего не строит, хотя аукционы выиграли и два, и три года назад. Конечно, проще купить новый участок, два-три гектара — заходишь на площадку через шесть-восемь месяцев и строишься.

— Почему тогда вы пошли на эти торги в 2012 году?
— Хотели все попробовать. Я не зарекаюсь, что мы не будем участвовать в аукционе на РЗТ. Будущее, наверное, все равно за этим. В городе полно районов, которые надо осваивать, приводить в порядок, чтобы город выглядел ухоженным. Но если уж город не может с этим справиться (вспомните, как отселяли дом на улице Щербакова, чтобы построить дорогу!), то куда уж простым застройщикам?

Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru