Раздел Общество
30 января 2015, 10:00

Врачебная ошибка? Механик скорой помощи обвиняет главного колопроктолога Екатеринбурга в смерти жены

Родственники 48-летней Марины Ручьевой уверены, что она погибла по вине хирурга ГКБ №40 Сергея Кузьмина: якобы он допустил ошибку во время операции по удалению раковой опухоли и не смог вовремя диагностировать осложнения, возникшие после хирургического вмешательства. Сейчас они пытаются доказать это следователям и прокурорам.

В редакцию Портала 66.ru обратились муж и сын пациентки ГКБ №40, скончавшейся весной прошлого года в реанимации. Как полагают наши читатели — по вине известного в городе врача. В мае сотруднице «Уральского института кардиологии» Марине Ручьевой поставили страшный диагноз — рак в третьей стадии. Женщине требовалась срочная операция. «Мы рассматривали разные больницы города и области. Вопрос о деньгах не стоял. Главное — чтобы у мамы все было хорошо. Но она выбрала 40-ю, которую рекомендовали ее коллеги как одну из лучших», — вспоминает сын погибшей Дмитрий Ручьев.

Врача, который должен был провести операцию, Марина Васильевна тоже выбрала по рекомендациям. Им стал руководитель отделения колопроктологии Сергей Кузьмин — заслуженный врач России, хирург высшей категории, главный внештатный колопроктолог Управления здравоохранения администрации Екатеринбурга. На городских форумах и специализированных сайтах действительно можно найти много положительных отзывов о его работе.

Хирург ГКБ №40 Сергей Кузьмин в частных беседах с мужем погибшей пациентки отрицает все обвинения в свой адрес.

Кузьмин провел операцию 19 мая 2014 года. По словам врача, «все прошло успешно», однако спустя четыре дня Марине Васильевне вдруг стало плохо.

Игорь Ручьев, муж Марины Ручьевой:

— Мы обратились к медсестре, которая вызвала дежурного хирурга. Пришел Игорь Таскаев. Я сказал ему, что у супруги началось какое-то внутреннее кровотечение… Он осмотрел супругу, пощупал у нее живот и сообщил, что ничего страшного не произошло, что все будет хорошо. Появившееся кровотечение врач объяснил нам тем, что кровь отходит после проведенной операции. После этого Таскаев поставил супруге два каких-то укола. Предположительно — обезболивающее. Боль прошла.

На следующий день, 25 мая, состояние Ручьевой ухудшилось. Находящийся на дежурстве врач, имя которого муж Марины Васильевны не запомнил, посоветовал пить пациентке больше воды и назначил ей капельницу. По словам Ручьева, его жена тщательно следовала рекомендациям, но лучше ей не стало.

В понедельник, 26 мая, в больнице появился Сергей Кузьмин. Он сообщил, что после того, как Ручьева позавтракает, он осмотрит ее в перевязочной. После завтрака Игорь Ручьев уехал на работу (Игорь — механик на скорой помощи). Живой свою жену он больше не видел.

Игорь Ручьев:

— Через некоторое время супруга перезвонила мне и сообщила, что ее срочно кладут на повторную операцию. На мой вопрос о том, что случилось, она сказала, что ничего не знает, и бросила трубку.

Когда днем Ручьев приехал в больницу, врачи сообщили, что его жена находится в реанимации. По его словам, Кузьмин рассказал, что у Марины Васильевны начался перитонит и ей потребовалась срочная «чистка». «После этого у супруги также началось заражение крови, сепсис», — вспоминает Ручьев.

Марина Васильевна провела в реанимации три дня, после чего скончалась.

Игорь Ручьев:

— Утром 29 мая я приехал в больницу и сразу пошел к Кузьмину. Он выписал мне справку, с которой нас отправил в морг. По поводу произошедшего он мне ничего не сообщил, только выразил свои соболезнования… Но до этого в разговоре с тетей моей супруги он рассказал о том, что во время операции «дал сбой аппарат», при помощи которого происходит сшивание тканей. После этого у супруги и начался перитонит….

Однако впоследствии Кузьмин взял свои слова назад, сказав, что «оговорился». По словам Ручьевых, свою вину в смерти Марины Васильевны он отрицает.

Дмитрий Ручьев, сын Марины Ручьевой:

— Когда Кузьмин проговорился про аппарат, он сказал, что оговорился. Якобы ничего такого не было, и он действовал, руководствуясь всеми нормами и требованиями. Но мы в это не верим. Просто так оговориться человек не может!

Отметим, что в 40-й больнице гордятся удачным опытом применения отечественных сшивающих аппаратов АКА, которые позволяют выполнять кишечную пластику, производить бесшовное соединение отделов кишечника. В свою очередь, Сергей Кузьмин известен тем, что разработал метод послеоперационной блокады, который позволил отказаться от применения наркотических анальгетиков и сократил послеоперационное пребывание в стационаре с 6 до 3 дней.

В морге провели вскрытие и записали, что причиной смерти стало «злокачественное новообразование прямой кишки». Однако ни Ручьев, ни его сын с этим не согласны.

Игорь Ручьев:

— Я считаю, что смерть наступила не в результате онкологического заболевания, а из-за попустительского и пренебрежительного отношения к работе со стороны Кузьмина и дежурного врача Таскаева, которые вовремя не выявили перитонит у моей супруги, хотя к этому были все показания… Врачи только успокаивали нас и говорили, что с супругой все хорошо и она идет на поправку.

Родственники Марины Васильевны обратились с заявлениями в Управление здравоохранения администрации Екатеринбурга, прокуратуру и следственный комитет Верх-Исетского района. Они требуют возбудить уголовное дело в отношении Кузьмина и врачей.

Сам Кузьмин не может комментировать произошедшее, так как сейчас в отношении него проходит доследственная проверка. Поэтому за комментарием мы обратились в пресс-службу в ГКБ №40. Здесь нам рассказали, что никаких нарушений в действиях Кузьмина вошедшие в состав специальной комиссии врачи не нашли.

Инна Абелинскене, начальник отдела общественных связей ГКБ №40:

— К сожалению, пациентка страдала тяжелым онкологическим заболеванием, осложненным сопутствующей патологией (до госпитализации долго лечилась в амбулаторных условиях). Она была прооперирована врачами отделения трижды, но спасти ее не удалось…
Квалификация врачей этого отделения очень высока. Тактика лечения пациентки обсуждалась на врачебной комиссии больницы, которая всегда созывается в подобных сложных случаях. Ведущими специалистами клиники лечение было признано правильным, проведенным в полном соответствии с протоколом ведения таких больных.

В неофициальных разговорах врачи ГКБ №40 подтверждают эту информацию. По их словам, пациентка обратилась в больницу уже в очень тяжелом состоянии. «Состояние внутренних органов было таково, что задержка на один или два дня в повторной операции уже не играла никакой роли», — разводят руками специалисты.

В Управлении здравоохранения Екатеринбурга также провели проверку. «Никаких нарушений в действиях врачей нет», — говорят чиновники. При этом рассказать, почему они уверены в невиновности врачей, в Управлении не могут: ни муж Ручьевой, ни ее сын не указаны в документах в качестве лиц, которым «может быть передана информация о ее состоянии здоровья». Все, чего удалось добиться родственникам, — перед вами.

Из ответа заместителя начальника Управления здравоохранения администрации Екатеринбурга Сергея Туркова:

— Управление здравоохранения провело анализ и запросило медицинскую документацию по фактам, изложенным в обращении. Сообщаем, что нарушений правил оказания медицинской помощи сотрудниками ГКБ №40 не установлено. Управление здравоохранения приносит вам искренние соболезнования в связи со смертью вашей супруги.

В Управлении уверены, что повторную операцию Марине Васильевне провели вовремя. По словам чиновников, на это указывают «изменения тканей, выявленные во время проведения операции». «Однако развившийся патологический процесс привел, несмотря на адекватную терапию, к необратимым последствиям, закончившимся летальным исходом», — говорится в официальном ответе на запрос мужа погибшей пациентки ГКБ №40.

Следователь Следственного комитета по Верх-Исетскому району рассказал Порталу 66.ru, что только после завершения доследственной проверки станет понятно, будет ли возбуждено уголовное дело или нет. Теоретически речь может идти о статьях «Халатность» или «Причинение смерти по неосторожности».

Юрий Мишура, следователь СУ СКР по Верх-Исетскому району Екатеринбурга:

— В рамках проверки продолжается проведение сложной судебной комиссионной экспертизы. Ее цель — понять, насколько полно и качественно была оказана медицинская помощь. Проверка длится в течение 30 суток. Без результатов этой экспертизы мы не можем говорить об отсутствии или наличии состава преступления.

Сейчас специалисты изучают историю болезни пациентки. По словам следователя, опрос врачей, которые дежурили в те дни, продолжается. Сергея Кузьмина Мишура собирается допросить в последнюю очередь.

Мы будем следить за развитием событий.

Фото: из личного архива Игоря Ручьева, gkb40.ur.ru