Раздел Общество
1 мая 2014, 10:00

Живые легенды: публикуем истории ветеранов из Верхней Пышмы

Живые легенды: публикуем истории ветеранов из Верхней Пышмы
Фото: Маргарита Пятинина
Это не просто фотографии людей в орденах и медалях. Это эмоциональные рассказы героев войны об их прошлом и настоящем, которыми они делятся с вами сегодня — просто, доверчиво и без прикрас.

С сегодняшнего дня мы начинаем публиковать истории ветеранов Великой Отечественной войны, вошедшие в новый документальный проект фотографа из Екатеринбурга Маргариты Пятининой «Живые легенды». Всего за несколько месяцев Рите удалось встретиться с 37 ветеранами из Верхней Пышмы (каждому из них от 87 до 94 лет). Более подробно о проекте вы можете прочитать здесь. Ко Дню Победы в свет выйдет книга с рассказами ветеранов и их фотографиями, а уже сегодня вы сможете прочитать их истории на Портале 66.ru. Первая серия — о фронтовой медсестре, сумевшей взять в плен двоих немцев.

В моем листе об Александре Гавриловне была такая пометка: «не ходит, но ждет вас, дверь открыта». Это настораживало: никогда не знаешь, какой человек за закрытой дверью. Но женщина, живущая с открытой дверью….Она должно быть еще и очень смелая. Так и оказалось. Как позже уточнила хозяйка: «Я уже 13 лет не встаю, упала дома, сломала шейку бедра, с тех пор вот лежу, а двери открыты, чтобы друзья, соседи приезжали, меня многие знают».

Ее место было обустроено так, чтобы все было перед глазами и под рукой. Перед глазами были окна, телевизор, шкаф с книгами и фото детей, советская фотография очень красивого мужчины. Такая, как модно было, раскрашенная. Стояла на полочке и медаль. А под рукой… Под рукой было самое необходимое и икона, которая висела совсем низко, чтобы только повернуть голову.

— В 1942-ом меня призвали в армию в 21 год, — начала свой рассказ Александра Гавриловна. — Я окончила медицинские курсы и с 42-го по 45-ый участвовала на фронте. Была медсестрой. В начале была в медсанбате, а потом не хватало связистов, и стали призывать девушек связистами. Нас перевели в 90-ый артполк. В 42-ом нашу дивизию перевели с запада на юг Украины. Наша дивизия прошла всю Украину. Я в Харькове была. Дважды освобождали. А после этого перешли в Румынию, освобождали Молдавию, Болгарию, Венгрию, Австрию, в Чехословакии были, в Братиславе, а закончили войну в 45-ом под Прагой. Потом демобилизовали. Медсестрой работала. До войны работала учительницей в начальной школе, 2,5 года. Пришлось переехать, закончила курсы медсестер, работала медсестрой, последние годы в санэпидстанции.

Первый раз меня не взяли по повестке, там несколько девушек ушли добровольно, а через несколько дней снова прислали повестку. И сразу на Западный фронт. Была подо Ржевом. Лечили, кормили солдат, палатки строили. В 43-ем году перевели на Украину всю армию.

Боевое крещение первое получила в августе месяце. Ездили по населенным пунктам. Потом остановились у поля, там еще танк стоял разбитый, потом самолеты вылетели. И вот один офицер приехал в нашу часть, он решил посмотреть, видимо. И сразу у него полголовы не стало. А я успела лечь, там такая яма была. И в слух молилась Богу. У меня иконка была и крестик, я прятала. При Сталине ни в коем случае нельзя было, а то бы посадили. Читаю молитвы, а этот офицер послушал и говорит: «Ну девушка, я думал, ты с ума сошла». — «Товарищ капитан, вы только никому не говорите». — «Ну как я буду говорить, ты мне жизнь спасла», и он остался жив, а нескольких ранило. Там вот первая бомбежка была. Харьков когда освобождали, бомбили. Но я вот не раненая осталась. Молилась. У меня и сейчас вот иконка. Когда спать ложусь, читаю молитвы.

Она повернула голову в сторону Богоматери, она очень легко улыбалась. Казалось, что она такая молодая, таким добрым и светлым было ее лицо.

— А какие у вас медали?
— У меня есть медаль «За боевые заслуги». Где-то пришлось бежать нам. Смотрим с подружкой — немец выглядывает, а оружия у него не было. Мы напугались, а потом говорим — давай с нами в плен. А дальше еще двоих встретили, и они присоединились. И так идем в соседнюю деревню. Там все подумали, что это немцы нас ведут в плен. Сдали их офицеру в плен, в деревне. Вот за это нам и дали медаль «За боевые заслуги». Ну а потом два «Ордена Отечественной войны», медаль «За победу над Германией» и редкая медаль «К столетию В.И. Ленина».

Александра Гавриловна действительно нас ждала. Она будто заранее готовила нам истории, мне даже не нужно было спрашивать. Можно было стоять и просто слушать, открыв рот и улыбаясь. Перед нами лежала женщина 93 лет, с такой улыбкой легкости и принятия, что нельзя было не улыбаться при таких простых и бодрящих дух историях.

— А вот еще случай: идем, а одна девушка (сапоги то давали не по размеру, у нее сапоги 42-го, а она 37-ой носит) идет и плачет. И тут появляется генерал: «Это что такое тут? Идут девчонки, да еще и песни поют». А она и говорит: «Товарищ генерал, вы посмотрите, какие у меня сапоги большие, я все ноги смозолила, а вы говорите, песни поют, я плачу». — «А почему не приветствуете?» — «А мы вас не знаем». — «Так я ваш командир дивизии». — «А мы вас не знаем, некогда видеть было». Мы там ров рыли, работали.

Еще случай в Болгарии: идем, стоит старушка и смотрит на меня. «Бабушка, чего смотришь?» — «А нам сказали, у русских рога».

А когда с победой ехали, нас так встречали, километров за 10 ехали, приходили, поздравляли, угощали. Узнали 8 мая, где-то под Прагой, нам сообщили. Ну ура! А потом демобилизовали.

Вернулась с фронта — работала в детской консультации, работала в соцзащите. Ходили многодетные семьи проверяли, помогали одиноким матерям. В июле домой вернулась уже. Прихожу домой, а дома застолье. Меня садят за стол и наливают. Я отказываюсь, до сих пор не пью и не курю. А там когда наливали, я не брала, а солдаты нам сахарку за это дадут.

Столько стран прошли, мелочи уже не помнятся почти. В монастыре Казбек была, там еще детей учили, прошли по классам. А еще где-то в церковь зашли, а женщинам там не положено, сторож говорит: «Девушкам нельзя», а мы отвечаем «А мы — солдаты! Мы не знали».

Где-то в Венгрии была старушка, уж так ей хотелось выучить песню «Из-за острова на стрежень», я ее все-таки научила. Подхожу к колодцу, а она кричит «Иван-Иван». Нас русских иванами всех звали.

Даже на балу в Болгарии были. Но это так бал, у нас это беседки в деревне.

Муж у меня тоже фронтовик был. Участник Отечественной войны. Награжден Орденом Александра Невского, медалями, но он умер в 85 году, у него гипертония была. С тех пор и живу вдовой. Два сына у нас, 5 внуков.

Это, наверное, все, что вот так сходу я могла вам рассказать...

Александра Гавриловна при всей легкости поднимающих дух воспоминаний, как-то очень грустила о современности, о поколении, о будущем. А мне стало очень стыдно, что ветеран Великой Отечественной войны так грустит о том настоящем, за которое они так боролись.

Текст, фото: Маргарита Пятинина.