Анна Батурина: [Что общего между Ройзманом и мальчиком из Лондона?]
Ученицы известного уральского режиссера стали победителями конкурса «Новый театр», объявленного фондом миллиардера Михаила Прохорова. Ярослава Пулинович будет писать об уральском роке, а Анна Батурина — о вреде «синтетических наркотиков». Рабочее название ее пьесы — «Dark Blue. Антилегал». Спектакль должен положить начало социальному театру на Урале.
Помогать молодому драматургу будет руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман 1 . Сможет ли известный борец с наркотиками найти достаточно времени для нового проекта, пока неизвестно. Ситуация вокруг фонда в последнее время становится все сложнее: против сотрудников уже возбуждено несколько уголовных дел, а вице-президент фонда Евгений Маленкин находится в международном розыске. Мы встретились с драматургом Анной Батуриной и спросили, не отпугнет ли чиновников скандальная слава Ройзмана от ее нового социального проекта для школьников и студентов.
— Что нужно написать в заявке, чтобы фонд Прохорова дал миллион на спектакль?
— О том, что фонд Прохорова объявил конкурс в формате «новый театр», нам сказал Николай Владимирович (Коляда, — прим. 66.ru). У нас было две недели на эту заявку. Тема «синтетических наркотиков» была наболевшей, поэтому писать заявку оказалось очень просто. Ее нужно было подавать от организации, поэтому я попросила помочь свою подругу, Анну Завьялову. Она работает в Доме актера. Аня сказала: «Будем оформлять, присылай материалы». Я сформировала концепцию. Прошел мой проект «Антилегал» и спектакль об уральской рок-поэзии. Этим проектом занимается Ярослава Пулинович (драматург, ученица Николая Коляды, — прим. 66.ru). Проекты совершенно разные, но для одной аудитории.
— Как вы будете распределять деньги между двумя проектами?
— Всего фонд выделит около миллиона. Получается, порядка 500 тысяч на каждый проект.
— Этого будет достаточно?
— Можно привлечь профессиональных режиссеров и профессиональных актеров. Сделать площадку. То есть сделать так, чтобы это было не убого, прилично. Чтобы это можно было назвать социальным театром. Только в этом случае мы сможем произвести впечатление на школьников. Это не должно быть для них чем-то непонятным. Это должно быть чем-то запоминающимся.
— Зачем нужна пьеса о наркотиках?
— Я не знаю, был ли до этого в Екатеринбурге подобный опыт, но благодаря поддержке Прохорова я хочу создать социальный театр. Наркотики — это злободневная тема. Соли, курительные смеси — это то, что приводит к катастрофическим последствиям. Легальные смеси делают детей-шестиклассников инвалидами или убивают. Объемы свободной продажи этих наркотиков просто зашкаливают! Одновременно в школьной среде существует вакуум: никто не знает, как с этим бороться, как на это реагировать.
— Что уже готово?
— Сейчас я работаю над пьесой. В заявке были прописаны только какие-то задумки, основные эпизоды. Сейчас я готовлю драматургический материал. Вот пройдет («Коляда-Plays», — прим. 66.ru), и мы будем этим плотно уже заниматься.
— У пьесы есть рабочее название?
— Называться будет «Dark Blue. Антилегал». Это название синей краски, которой закрашивают надписи на стенах. Соли, смеси и так далее.
— О чем эта история?
— Это история о том, как после развода родителей мальчик из Лондона возвращается в Россию. Здесь он попадает в обычную екатеринбургскую школу. Ему сразу дают прозвище Лондон. Он сталкивается с ситуацией, когда найти наркотики не составляет труда. Все его друзья — и те, с кем у него отношения складываются, и те, кто его отталкивает, — могут оказаться в этой бездне. Он не хочет принимать наркотики и оказывается изгоем.
— Здесь все выдумано или это ситуация из реальной жизни?
— У моей подруги есть племянник примерно такого возраста. Правда, он учится в Челябинске. Там ситуация с наркотиками, конечно, не лучше. Когда начинаешь интересоваться этой темой, истории находят тебя сами. Одна моя знакомая рассказала, что раньше встречалась с парнем, который покупал в аптеке обычные сборы, заказывал очень дешево «синтетические наркотики» в Китае и на глазок опрыскивал их. Затем распространял. Таких вот наркодилеров, которые ужасным, кустарным способом изготавливают убийственные наркотики, много. Эти синтетические наркотики, соли, очень токсичны и приводят к невероятным, ужасным последствиям, делаются ради выгоды таким вот кустарным способом. Люди друг друга просто убивают ради выгоды… Я сама мама. Для меня эта тема важна. Моя дочь тоже скоро вырастет и пойдет в школу.
— Какова роль Евгения Ройзмана 1 в этом проекте?
— Мне хочется соприкоснуться с его работой. Он ведет практическую работу очень давно. Был первый, кто столкнулся с этой проблемой. Первый, кто заговорил об этом очень громко в городе, да и в стране. Поэтому за информацией и за историями конкретных людей, их судьбами, я буду обращаться к нему. Я с ним еще не говорила об этом. Для него, наверно, это будет сюрприз.
— Истории Ройзмана обычно очень жесткие. Это не чернуха?
— Нет, там не будет чернухи или чего-то там еще.
— Вы никогда не были в реабцентрах фонда?
— Нет, но хочу.
— Вы не боитесь, что невезение, которое в последнее время преследует Ройзмана, может перейти к вам?
— Меня это абсолютно не пугает. Я знаю, что сейчас у фонда сложная ситуация. Просто есть люди, которые что-то делают, а есть те, кто мешает что-то делать. Но побеждают всегда те, кто что-то делает. Даже если эта победа выражена в чем-то другом. В спасенных жизнях, например. Это тоже победа.
— Какой-то театр уже дал согласие на постановку?
— Скорее всего, пьесу поставят актеры ТЮЗа. Режиссером станет Зимин. Но пока это еще не утверждено. Спектакль будет показан на временных площадках в школах Екатеринбурга или в залах, куда мы пригласим студентов и школьников. Мне интересно выйти на эту аудиторию. Весь проект адресован ей. Пьеса появится в течение лета, поставлена будет в театральном сезоне до декабря.
— В театре Коляды можно будет увидеть эту пьесу?
— Пока об этом рано говорить. Николай Владимирович вообще об этом не знал, поэтому мы не говорили с ним на эту тему. Я, конечно, без ума от актеров театра Коляды. Но у них такая занятость и гастрольный тур, я даже не знаю их графиков. Я боюсь, что для полноценной работы они не смогут уделить достаточно времени. Но зарекаться не будем. Возможно, что это будет, хотя и не планировалось.
