Раздел Общество
17 января 2013, 16:02

Городская среда: здоровой рыбы в Екатеринбурге нет

Городская среда: здоровой рыбы в Екатеринбурге нет
Фото: Ирина Баженова
Продолжаем наш спецпроект о городской флоре и фауне. На этот раз расскажем о том, как живется рыбе в наших реках и озерах, и узнаем ответ на вопрос, стоит ли ловить рыбакам тех, кто живет в городском пруду.

Портал 66.ru продолжает серию публикаций о незаметном мире Екатеринбурга: о птицах, рыбах, животных, насекомых и растениях, населяющих город наравне с нами. На этот раз мы решили опуститься под воду и узнать, каково живется рыбам рядом с человеком. А живется им не так уж сладко.

Помогает нам в этом деле член-корреспондент УрО РАН, доктор биологических наук, заместитель директора по научной работе института растений и животных УрО РАН Владимир Богданов.

Сейчас на Урале обитает около 40 видов рыб. Наш край интересен тем, что мы находимся на границе европейской и азиатской фауны, и здесь обитают типичные европейцы — европейский хариус, краснопёрка, жерех и типичные азиаты — тугун, сибирский хариус.

Если брать саму реку Исеть, то ее населяют в основном бентосоядные карповые виды рыб и ерш. Рассчитывать на большую удачу любителям рыбалки не следует. Наши городские пруды считаются одними из самых грязных, Нижнеисетский пруд — лидер по загрязненности. Интересно, что рыба уже приспособилась к этой столетней грязи.

Владимир Богданов, член-корреспондент УрО РАН:

— В илах этого пруда накопилось столько грязи и тяжелых металлов, что лучше ничего не трогать и вообще не вычищать дно. Пускай так все там и остается, рыба к этому уже приспособилась. Есть ее, конечно же, нельзя. Только если порыбачить и выбросить. В костях и в мясе рыбы накапливаются тяжелые металлы. Здесь и цинк, и медь, и свинец — весь комплекс.

Если же брать промысловый вид рыбы, то реки области полны серебряным карасем. Они тут настоящие короли, 95 процентов рыб в промысловых уловах составляет именно карась.

Основные районы добычи этой рыбы — это север и восток области. Промышляют этот вид рыбы в таежных озерах, где еще сохранилась чистая вода.

На территории области немного водоемов, которые пригодны для рыбоводных целей. Как говорят специалисты, мы не Челябинская область, чистых озер у нас раз-два и обчелся. Например, озеро Сунгуль, на юге области, в сторону Каменска-Уральского. Уже много-много десятков лет оно используется для выращивания ценных видов рыб — это пелядь и другие сиговые. На СУГРЕС, в Рефтинском водохранилище обитают теплолюбивые виды рыб, такие как канальный сомик и толстолобики. На последних, кстати, очень часто «клюют» браконьеры во время технологических спусков воды.

Ученые говорят, что в области около 2 500 озер, 34 озера находятся вблизи уральской столицы. Таватуй и Песчаное относятся к более чистым, лидер по загрязнению — Нижнеисетский пруд.

В Свердловской области есть очень редкая и интересная рыба — тугун — так называемая сосьвинская сельдь. Она живет в чистой воде, обитает в Обском бассейне во всех северных уральских притоках Оби, в Ямало-Ненецком, Ханты-Мансийском округе, раньше была многочисленна в Томи, в Чулыме. В Свердловской области тугун есть только в верховьях р. Сосьва и р. Лозьва, причем после запрета молевого сплава и снижения загрязнения численность тугуна увеличилась.

Из интересных видов также водится на территории области и стерлядь. Но популяция ее также мала. Вообще, по рыбным ресурсам Свердловская область относится к разряду бедных.

Как говорит член-корреспондент УрО РАН Владимир Богданов, точную численность рыбы в реках и озерах области и города никто сейчас сказать не может. Конкретных исследований по этой тематике не проводилось уже очень давно. Фото: Дмитрий Горчаков.

Власти области, как говорят специалисты, не проявляют особого интереса к состоянию своих рыбных запасов.

Последнее масштабное исследование городских прудов проводилось 30 лет назад, тогда сотрудники Института исследовали Нижнеисетский пруд. По результатам исследований удалось выяснить, что здесь водится карась, язь, плотва, елец, щука и верховка, тогда же специалисты сделали вывод, что есть ее совершенно нельзя.

Рыбе приходится выживать в таких диких условиях, и она вынуждена приспосабливаться. Самые распространенные болезни — камни в почках, цирроз печени, ерошение чешуи.

Во всех болезнях рыб виновата среда обитания, которая влияет как на человека, так и на животных. Загрязнение воды и донных отложений — источник всех заболеваний среди рыб, человек же потребляет очищенную воду, без этого вымрет он сам.

Больше всего, конечно, от всего этого страдают рыбаки. В Исети в черте города дай бог ершик больной попадется, а за пределами Екатеринбурга, в области большой удачей считается поймать леща или щуку. Урал — это не то место, где можно ожидать появления какой-то ценной рыбы. При такой концентрации промышленности вероятность того, что у нас будет восстанавливаться, например, нельма — очень мала.

Очень редкая и очень вкусная рыба водится на севере области, ее осталось не так много. Это красавец муксун. Фото: poxe.ru.

Интересное наблюдение насчет муксуна. Та рыба, которая зачастую подается покупателям в наших магазинах под видом муксуна, на самом деле им не является. Продавцы давно заменяют эту ценную рыбу родственными видами, например чиром. Муксун — это бренд Обского бассейна. Но многочисленной популяция муксуна на Оби, как говорят ученые, уже не будет никогда. Даже если сейчас начать действия по спасению этого вида рыб, на это уйдет как минимум 20 лет. Муксун — кандидат в Красную книгу.

Помимо загрязнения большой удар по популяции рыбы наносит и браконьерство. Причем разбойники быстро поняли, что на одном улове рыбы долго не протянешь, тем более что и рыбы-то у нас в реках не так уж много. Для того чтобы выжить, браконьеры начали заготавливать икру для рыбоводных целей.

Если брать УрФО, то вольготнее всего браконьеры чувствуют себя в Обской губе и в уральских притоках нижней Оби. Как правило, браконьеры из Республики Коми приезжают сюда на вездеходах и снегоходах и вывозят огромное количество нерестовой рыбы. За одну ночь браконьер может выловить почти тонну рыбы. К примеру, если отнерестится 100 тонн пеляди на нерестилищах, то фонд отложенной икры составит 3 миллиарда. При выживании 50% это почти 1,5 млрд личинок. Естественное воспроизводство невозможно заменить искусственным.

Владимир Богданов, член-корреспондент УрО РАН:

— Искусственное воспроизводство необходимо там, где нарушено естественное (например, уничтожены или загрязнены нерестилища). Уральские нерестовые реки пока еще чистые и позволяют нормально размножаться сиговым рыбам. Однако в Росрыболовстве считается необходимым проводить искусственное воспроизводство запасов обских сиговых рыб. Представьте, миллиард икринок еще недавно заготавливал Госрыбцентр, еще миллиард заготавливали браконьеры. У нас все рыбозаводы региона, Таватуйский в том числе, были заполнены икрой сиговых рыб с Оби, а сейчас они все пустуют.

Сейчас, по мнению ученых, брать-то икру уже неоткуда. Проблема искусственного воспроизводства заключается в том, что не создано маточных стад, которые могли бы обеспечивать работу рыбозаводов. Им приходилось брать икру только от диких производителей. А теперь взять неоткуда. Фото: Дмитрий Горчачков.

Как говорят специалисты, беда еще в том, что люди, которые должны принимать решения и отвечать за вверенные ресурсы, скажем, губернатор, не знают, как должно быть на самом деле. Чиновники жили до этого в центральной полосе России и не обращали внимания на дела рыбные, и для них даже сейчас приехать на Обь — означает увидеть много рыбы. Но ее там на самом деле почти нет.

Чтобы хоть как-то спасти ситуацию, к решению проблемы нужно подходить комплексно. Повышать штрафы, создавать специальные рыбные заповедники, в местах размножения рыбы и в местах ее зимовки необходимо также создать специальные мобильные бригады для защиты нерестовых рек. И тогда, может быть, хоть что-то начнет исправляться в лучшую сторону.

Что же касается городской рыбы, то тут надеяться на что-то вообще бесполезно, так как Исеть слишком грязная река. И рыба здесь больная.

Сейчас рыба, живущая в городских прудах, переносит зиму нормально. Она уходит в Нижнеисетский пруд, здесь открытое пространство и кислорода побольше. Здесь же зимуют и утки. Им тут вольготно, питаются бентосом и теми же червями, что и рыба, — отсюда проблемы со здоровьем. Таких уток употреблять в пищу тоже нельзя.

Кстати, в случаях появления в реках России таких рыб, как пиранья, виноваты аквариумисты. Как говорит Владимир Богданов, видимо, людям надоело разводить этот вид рыб дома и они выпускают хищников на волю. Летом пираньи могут выжить в теплых водах России, но зимой у нас рыба все же замерзнет.

Хорошо, что таких хищников не находят на территории Свердловской области. Нам бы сначала со своими «золотыми рыбками» разобраться.

Иллюстрации и инфографика: Игорь Черепанов