Раздел Бизнес
10 мая 2011, 13:41

Mirex: успеть заработать на компакт-дисках

Mirex: успеть заработать на компакт-дисках
Фото: Внутренний фотобанк компании
О том, зачем два топ-менеджера купили завод, производящий компакт-диски, которые через три года будут никому не нужны, в интервью 66.ru рассказали Виктор Улитин и Ярослав Шиколёв.

У Уральского электронного завода сменился собственник: Станислав Тхай, прежний владелец предприятия, продал свою долю топ-менеджерам — Виктору Улитину и Ярославу Шиколёву (доля каждого теперь 50%). Холдинг «Уральский электронный завод» объединяет два предприятия — ООО «Компания Mirex» и ООО «Уральский электронный завод». После смены собственника г-н Улитин занял должность гендиректора Уральского электронного завода, г-н Шиколёв стал гендиректором компании Mirex.

— Почему прежний владелец — Станислав Тхай — решил продать свою долю? Кто был инициатором сделки?
Виктор Улитин: Как в любой сделке, у нас сошлись взаимные интересы. Тхай давно хотел попробовать построить карьеру в государственных структурах и целенаправленно начал рассматривать различные предложения еще с 2008 года. Он фактически отошел от оперативного управления бизнесом. В 2010 году он согласился возглавить строящийся в Кирове завод «Росплазма» по производству препаратов из плазмы крови. Тогда мы договорились, что фактическую ситуацию его выхода из бизнеса оформляем юридически, что мы и сделали в конце 2010 года.

До этого у нас были крупные неконтрольные пакеты, а после завершения сделки мы полностью стали владельцами всего холдинга. На наш взгляд, ситуация, при которой те, кто управляет бизнесом, одновременно являются владельцами, только положительно сказывается на дальнейшем развитии проекта.

В то же время Тхай получил возможность развивать свою биографию в новом, интересном для себя направлении. Я уверен, что имеющееся у него сочетание коммерческого опыта и опыта реализации высокотехнологичных проектов позволит ему с успехом решить те задачи, которые на него сегодня возлагают.

Рынок компакт-дисков умрет через три года — часть игроков уже покидают его. Mirex намерен забрать себе их доли.

— Какова цена сделки, и будет ли сумма выплачена единовременно или в рассрочку?
В.У.: Мы должны закрыть сделку до конца 2011 года, а сумма пусть останется нашей небольшой тайной.

— Очевидно, что спрос на диски существенно снижается. Зачем в такой рыночной ситуации приобретать актив, будущее которого сомнительно?
В.У.: Любой рынок проходит различные стадии. При этом у каждой стадии есть как свои плюсы, так и свои минусы. Растущий рынок хорош тем, что у него есть большой потенциал, но одновременно с этим в него стремятся все кому не лень. Так было и у нас, когда в начале 2000-х очень многие посчитали, что производство компакт-дисков имеет огромный потенциал, и по всей стране стали появляться заводы, суммарные мощности которых вскоре значительно превысили объем рынка. Это привело к тому, что цена упала настолько, что для многих игроков она оказалась ниже себестоимости. Вот вам и растущий рынок.

Действительно, сегодня рынок компакт-дисков находится на спаде. Но теперь не приходят новые игроки, а слабые не справляются с темпом падения и вынуждены выходить с него, освобождая место тем, кто лучше подготовлен как организационно, так и технически. Пока мы держимся среди тех, кто остается. Очевидно, что рынок оптических носителей перестанет существовать через три-четыре года. Но этого времени вполне достаточно, чтобы еще поработать в этом секторе и реализовать новые торговые и производственные проекты.

Виктор Улитин: «За три года мы должны вернуть свои инвестиции и рассчитаться с банками».

Ярослав Шиколёв: Кризис 2008 года несколько затормозил развитие технологий, в том числе и широкополосного интернета, замену парка приводов. Это продлило срок жизни компакт-дискам. Плюс к этому в России рынок дисков сжимается не так быстро, как это происходит в Европе или США. Мы с вами находимся в мегаполисе, а большая часть населения живет в небольших населенных пунктах, куда прогресс проникает гораздо медленнее. По нашим оценкам, теперь рынок будет сжиматься примерно на 20-25% в год. Но это снижение мы планируем компенсировать увеличением своей доли.

В.У.: Наш основной актив — это не доля на падающем компакт-дисковом рынке, а сильный инженерный персонал, опыт освоения сложных производственных технологий, развитая дистрибьюторская сеть. Сегодня мало кто из коммерческих предприятий хочет связываться с производственным бизнесом, а с созданием высокотехнологичной продукции — тем более. Мы же уверенно чувствуем себя на этом поле и видим в этом свое конкурентное преимущество. На этой базе мы запускаем параллельные производства.
Мы не будем ждать три года, пока дисковый рынок окончательно сожмется.

Уже сейчас начали сборку и упаковку высокотехнологичных устройств, например, USB-модемов для одного из сотовых операторов. Также планируем попробовать себя в изготовлении медицинских приборов, например, кардиостимуляторов. Для нас есть отличная ниша по сборке, комплектации, логистике различных высокотехнологичных устройств.

Через три года доля компакт-дисков в обороте Mirex будет составлять лишь 15%, все остальное — высокотехнологичные товары (в области IT, медицины, сотовой связи).

— Какой процент в обороте сейчас приходится на диски?
Я.Ш.: Сейчас — 95%, а через три года на них будет приходиться 15%.

— Несколько лет назад СМИ сообщали, что Mirex продадут индийской компании MoserBaer. Не случилось?
Я.Ш.: Мы тогда обсуждали возможность создания совместного предприятия с индийцами. Планировалось, что они вложат в него производственные линии DVD-R, а мы это оборудование будем эксплуатировать и заниматься логистикой готовой продукции, в том числе в России и Европе. Но этого не произошло. Во многом нам помешало то, что таможня кардинально пересмотрела свой подход к ввозу оборудования в уставный капитал, это в значительной степени помешало нам реализовать этот проект.

— На ваш взгляд, российская компания может конкурировать с юго-восточными в производстве хай-тека?
В.У.: Может, но делать это очень сложно. Как производителю биржевых товаров (стандартных продуктов, которые практически не отличаются по характеристикам у разных производителей) нам со своими 15 линиями трудно конкурировать с тем же MoserBaer, где стоят 500 линий. Но надо сказать, что эти линии поставили в Индии швейцарские инвесторы во многом благодаря поддержке со стороны индийского государства.

Им бесплатно предоставили землю, подвели все необходимые коммуникации, дороги, освободили от налогов на первые пять лет. Выгодно и для инвестора, и для страны. Мы же, к сожалению, не видим от нашего государства никакой поддержки в своих начинаниях. Вся помощь сводится к тому, что одни госструктуры делают вид, что помогают ослабить петли, которые затянули на ровном месте другие.

Кроме этого, у нас минимальная зарплата рабочего $500-700, а в Юго-Восточной Азии — всего $200. Наконец, в России не производится необходимое основное сырье для производства компакт-дисков — оптический поликарбонат, и мы вынуждены импортировать его, выплачивая огромные таможенные пошлины. При этом, для нас они выше, чем для тех, кто завозит готовую продукцию.

Новые собственники готовы привлечь миллионные инвестиции для модернизации производства.

Я.Ш.: Все это приводит к тому, что себестоимость нашего товара оказывается выше, чем цена такого же импортного диска. И, к сожалению, мы с этим ничего не можем поделать, даже выстроив самую оптимальную производственную структуру. Без государственной поддержки, хотя бы такой же, которая есть у наших азиатских конкурентов, нам не обойтись.

И эту разницу мы вынуждены компенсировать, делая из биржевого товара товар с именем. Нам приходится делать парадоксальную вещь. И без того высокую себестоимость нашей продукции мы еще больше увеличиваем, вкладывая деньги в улучшения качества и раскрутку собственного бренда, чтобы продавать товар под своей торговой маркой Mirex за более высокую цену. Пока это у нас получается, но делать это становится все труднее и труднее. Диски — это не дорогие автомобили или часы, где качество и бренд играют ключевую роль при покупке.

— А каково сейчас у вас соотношение товаров, которые производите в России, и тех, которые закупаете за границей?
Я.Ш.: Где-то пятьдесят на пятьдесят. Часть дисков тех форматов, которые мы не производим, заказываем в виде полуфабрикатов за рубежом. При этом на том же заводе MoserBaer под нас работает отдельная линия, по нашим стандартам качества. Например, толщина диска должна быть 1,2 мм плюс-минус 10%. По своей программе они делают ее на нижнем уровне 1,08 мм. На объеме в 500 млн дисков в месяц получается серьезная экономия. Мы же сами, будучи производителями, понимаем эти особенности, умеем их контролировать. Именно поэтому диски, которые они производят для нас, более высокого качества.

Ярослав Шиколёв: «Себестоимость нашего товара оказывается выше, чем цена такого же импортного диска. И, к сожалению, мы с этим ничего не можем поделать».

— Есть ли еще какие-то преимущества перед азиатскими заводами?
Я.Ш.: Мы находимся рядом и можем выполнить те пожелания клиентов, которые за границей сделать очень сложно. Например, на записываемые диски можем нанести то изображение, которое хочет заказчик: логотип его фирмы или любое нужное ему изображение. Через неделю они уже будут готовы. Средний же срок поставки дисков из Азии — три месяца.

В.У.: А по дискам CD, DVD с записью азиаты с нами не могут конкурировать. Причина в том, что у издателей всегда сжатые сроки выхода программ. Но в этом секторе у нас очень сильная российская конкуренция, прежде всего, с заводами московского региона, где сосредоточены основные издатели.

— Какие инвестиции планируете сделать в ближайшие год-два?
Я.Ш.: Все зависит от того, чем закончатся наши переговоры по новым проектам. Если мы начнем глубокую переработку, то это будут миллионные инвестиции. А в том случае, если ограничимся упаковкой и небольшой сборкой — то речь пойдет о сотнях тысяч долларов.

В.У.: Мы не хотим в чистом виде заниматься торговлей, наша цель — производство. Все зависит от того, сможем ли получить длительные контракты. Есть проекты с очень глубокой производственной частью в области IT, сотовой связи и так далее. Но мы пока не готовы говорить об этом подробнее, так как не заключены контракты.

Ярослав Шиколёв: «Мы не будем ждать три года, пока дисковый рынок окончательно сожмется. Уже сейчас начали сборку и упаковку высокотехнологичных устройств, например, USB-модемов для одного из сотовых операторов».

— А сколько стоит бренд Mirex?
Я.Ш.: Сложно сказать. Мы не ставили задачу такой оценки, тем более, понимая, что это носит весьма приблизительный характер.

— За какой срок планируете отбить свои инвестиции в покупку завода?
В.У.: Мы считаем, что у нас это получится сделать за три года. Это как раз тот период, в который сохранится спрос на диски. У нас достаточно большая кредитная нагрузка, поскольку инвестиции в оборудование невозможно делать за собственный счет. Поэтому за эти три года нам надо еще рассчитаться с банком.

Холдинг «Уральский электронный завод»
Год основания — 1997 г.
Оборот в 2010 г.: Уральский электронный завод — 1,2 млрд руб., Mirex — 0,5 млрд руб.
Компания располагает производственной площадкой в Екатеринбурге площадью около 10 тыс. кв. м и производственно-складской в Подольске площадью 10 тыс. кв. м.
Мощность: 10 млн CD и DVD-дисков и 5 млн CD-R-дисков ежемесячно.
Количество сотрудников: 600 человек.

Внутренний фотобанк компании