26 марта 2009, 09:58

Выбор редакции

Сдай друга в полицию или сядешь сам: всё, что нужно знать о новом законе из «пакета Яровой»
Главный конкурент «Города.PRO» и автор московской «Магистрали» спорят о новой транспортной реальности Екатеринбурга
Ноздря в ноздрю: как мы не выиграли первую на Урале гонку на выносливость

Расчет коррупционного налога

Самые коррупционные отрасли экономики – самые зарегулированные: строительство, торговля и добыча ископаемых. Доля взятки в цене товаров достигает 18%.

Самые коррупционные отрасли российской экономики – строительство, торговля и добыча полезных ископаемых, поскольку они регулируются наибольшим количеством нормативных актов. Расходы на взятки предприниматели закладывают в цену товаров. От нарушений со стороны налоговых органов страдают все поголовно.

Чем более зарегулирована та или иная отрасль российской экономики, тем большую долю в цене ее продукции приходится на коррупционную составляющую. При этом наиболее потенциально коррупционными являются налоговые проверки. Таковы результаты исследования консалтинговой компании «Актион-Digital».

К своему выводу компания пришла, проведя отраслевой анализ действующих законодательных норм и обращений по «горячей линии» пользователей разработанной компанией бухгалтерской справочной системы.

В наибольшей степени от бюрократии зависит строительная отрасль – ее регулирует 24% всего массива различных законодательных актов, инструкций, разрешений и проч.

Ненамного отстает оптовая и розничная торговля – 21%. Тройку замыкает добыча полезных ископаемых с 16%. На четвертом и пятом местах – рыболовство и производство и распределение электроэнергии – 11% и 8% соответственно.

При этом в зависимости от частоты случаев «неофициальных» расходов и их величин была оценена примерная доля взяток в цене продукции, что и можно считать материальным выражением влияния коррупции на рынок. И здесь обнаружилась тесная зависимость между количеством регулирующих норм и коррупционной нагрузкой – приведенная выше пятерка лидеров сохранила свой состав.

Для строительства доля взяток в цене составляет 18%. По опросам участников рынка, «неофициальные» затраты на разрешения, лицензирования и тому подобное занимают до половины их расходов.

В торговле на цену приходится 9% коррупционности. Это один из лидеров по количеству «проверяющих», количеству коррупционных норм и правил, значится в исследовании. «Взяткоемкими» остаются также процедуры предоставления недр, распределения рыбных квот, а с коррупцией при подключении к электросетям сталкивались практически все предприниматели, пытавшиеся это сделать.

В рейтинге самых коррупционных налоговых и иных законодательных норм, согласно данным «горячей линии», лидирующее место заняли налоговые проверки. 89% респондентов, сталкивавшихся с этой процедурой, считают ее «коррупциогенной». В частности, лишь 20% бухгалтеров никогда не сталкивались с блокировкой счета по результатам налоговых проверок, а в 23% это было сделано без законных оснований.

Подобным же образом оценивают законодательство о добыче полезных ископаемых 79% связанных с данной сферой. 76% всех опрошенных считают коррупционными процедуры принятия к возмещению и вычету НДС, 58% – исполнение законодательства по госзакупкам.

Причем формально нормы 93-го закона, описывающие порядок проведения госзакупок, не подпадают ни под один из коррупциогенных факторов, перечисленных в методике проверки принимаемых законов на взяткоемкость, разработанную правительством (постановление № 196 от 5 марта 2009 года). 52% респондентов жалуются на процедуры, связанные с налогом на прибыль (обоснованность расходов, соответствие цены рыночному уровню).

Эксперты «Газеты.Ru» считают выводы компании в целом логичными. «Если регулирование в отрасли осуществляется за счет избыточного количества актов, то возможности для коррупции возрастают в прямой пропорции, – соглашается замгендиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин. – Больше возможности использовать эти подзаконные акты для вымогательства».

Ведь чем больше «бумажек», тем сложнее играть по правилам. «Если нужно предоставить 15 справок, 14 из них уже готово, а одну надо ждать 2 месяца, то человек предпочтет неформально заплатить и получить нужный документ уже через два дня», – поясняет Макаркин.

Если расходы на взятки относительно невелики, предприниматели и не стараются бороться с мздоимством, а рассматривают его как неизбежные «транзакционные издержки», которые и пытаются переложить на потребителей, рассуждает Макаркин.

В итоге сама эта симбиотическая коррупционная система не склонна что-то менять.

«Изнутри системы коррупцию сократить в принципе нереально. Чиновники, занимающие «коррупционно опасные» должности, заведомо не заинтересованы в сокращении своих теневых доходов, – замечает ведущий консультант АКГ «Финэкспертиза» Дмитрий Ширяев. – Соответствующие ведомства также будут давать отрицательные отзывы на антикоррупционные поправки в «свои» законы».

Не надеются на помощь со стороны государства при нарушениях процедур налоговых проверок и сами проверяемые. По данным Актион-Digital, 57% бухгалтеров не подают жалоб на действия налоговых инспекторов в вышестоящие органы, поскольку считают это пустой тратой времени.

«Только внешняя политическая воля высших должностных лиц государства может дать должный эффект», – полагает Ширяев. Впрочем, представители бизнеса считают, что, даже если сами вышестоящие чиновники захотели бы, они не смогли бы бороться с этим безобразием: лишь 12% из опрошенных бухгалтеров верят, что при желании государства можно заметно снизить «коррупцию и несправедливость в инспекциях».