Раздел Спорт
25 января 2012, 06:00

Денис Остров: «Когда тело зовет, его не стоит останавливать. Танцуйте!»

или Как вырастить Майю Плисецкую в современной хореографии.

Портал 66.ru запускает спецпроект, в рамках которого мы будем рассказывать, как провести свободное время с максимальной пользой для своего тела. Сегодня речь пойдет о современных танцах. С нами встретился Денис Остров, старший тренер, хореограф-постановщик с педагогическим стажем более 13 лет, действующий танцор, директор и создатель сети танцевальных школ «Е-Денс Студио». Наград у него столько, что перечислять можно долго (подробно о них можно прочитать здесь).

В интервью Порталу 66.ru он в деталях рассказал, что сегодня представляет себой рынок танцевальной индустрии Екатеринбурга, а также развенчал некоторые мифы, связанные с танцами. Лично мне он пообещал, что танцевать можно научить любого, даже слона, главное условие — тренер должен быть профессионалом, а ученик — фанатом танцев.

— Ребята, скажу сразу, сегодня существует два типа танцевальных классов. Первый — непрофессиональный — для тех, кто просто хочет похудеть. Второй — это спецклассы для тех, кто реально хочет научиться танцевать и заработать спортивный разряд, и, возможно, стать тренером. Если вы хотите заниматься танцевальным фитнесом для похудения, — велкам. Вечерняя группа прыгает в свое удовольствие, технику исполнения с них никто не спрашивает, на соревнования они не ездят. Они ходят сюда тусоваться и весело проводить время. Но если вы идете в спецкласс, то здесь уж извините — вы попали. С вас мы не слезем до тех пор, пока вы не научитесь все делать по правилам. У нас есть группы, которые занимаются 7 раз в неделю.

— А по сколько часов?
— Бывает по два, по три. Бывает полтора.

— А если у человека вообще нет никаких способностей к танцам, ни слуха, ни пластики, а он хочет научиться танцевать. Возьметесь за такого?
— Да с радостью! Вот пример. У меня в группе занимается молодой человек, не буду называть его имя и фамилию, у него есть некоторые проблемы со слухом, и, возможно даже, детский церебральный паралич в какой-то степени. Он все равно ходит и занимается. Есть мальчик без кисти... Это просто героические люди, что они нашли в себе смелость и пришли танцевать. Мы никогда от таких детей не откажемся, потому что кто с ними будет заниматься, если не мы? Поймите, профессиональная студия — это когда педагог никого не выбирает. Ведь самое простое — создать танцевальную команду, набрать талантливых танцовщиков со всего города и поехать побеждать. Это все разовые проекты, которые не имеют долгосрочной основы. Должна быть группа единомышленников, людей, которые хотят научить танцевать.

— То есть каждый, кто к вам приходит, чувствует себя в своей тарелке?
— Моя команда вложила в студию танцев не только финансовые средства, но и душу, теплоту. У нас молодежь сюда приходит после школы и даже уроки делают, кофе пьют, общаются с друзьями, обмениваются идеями. Это не какая-то серая масса, которую мы, к сожалению, с вами сегодня можем наблюдать повсеместно. Они одеваются по-другому, общаются по-другому, тренируются, вкладывают в свои знания денежные средства, развиваются — как духовно, так и физически. Учителя с ними общаются, дают советы.

То есть вы еще и в роли моральных наставников выступаете?
— Конечно! Учитель — это кто? Это тот человек, который учит танцевать и может в любой момент поддержку оказать. У нас нет такого, что ко мне невозможно подойти и сказать: «Дэн, у меня есть проблема», — а я скажу: «Мне твои проблемы неинтересны».

— А есть люди, которые сначала приходят заниматься, чтобы похудеть, а потом им нужно уже что-то большее?
— Да, некоторые приходят сначала заниматься фитнесом, а потом...

— Втягиваются?

— В атмосферу попадают, начинают смотреть на все это изнутри, и появляется желание расти профессионально.

— То есть со временем они могут сами стать преподавателями?
— У нас в студии танцуют все, даже бармен (улыбается, — прим. авт.). Мы сами выращиваем своих преподавателей. Из 50 человек, понятно, появляются некие люди, которые заточены именно на преподавательскую деятельность.

Как вы таких людей выделяете из всех?
— Во-первых, они сами тащатся от того, что кому-то что-то объясняют. Бывает, кто-то пропустил занятие и ты просишь человека поднатаскать другого. Допустим, Вася (у нас у всех есть добрые прозвища) — девочка по имени Васильева Олеся — пропустила занятие, мы просим Гуфи показать ей какие-то движения. Если я на следующий урок прихожу и смотрю, что они вместе спелись, значит, та, которая ей объясняла, все сделала правильно. Потом они начинают дублировать уроки, то есть у одной группы ведут занятия вдвоем.

А у педагогов со стажем они перенимают опыт?
— Конечно. Они сначала ведут занятия вместе с преподавателем. Как правило, ученик сначала проводит разминку и раскачку. Так он потихонечку начинает перенимать манеру преподавания, добавляет что-то свое, какую-то свою изюминку. В среднем стажировка длится около года. Мало того, что он сам потанцевал приличное количество лет, поучаствовал в мероприятиях, но и потом еще год вместе с тобой стажируется. То есть не просто человека взяли и выкинули: раз умеешь танцевать — иди других учи. Если ему интересно, то он остается.

А преподавательский состав у вас как часто ездит на стажировки в какие-нибудь страны?
— Вы знаете, мы не ездим никуда, нам выгоднее привезти педагога. Покупаем билет, оформляем визу. Раз в два месяца к нам регулярно приезжают преподаватели из Франции, Америки. Бывает и чаще.

— Но все равно есть люди, которые хотели бы заниматься танцами, но есть у них какие-то комплексы, страхи, которые мешают прийти, например, сюда к вам, к незнакомым людям. Как это преодолеть и начать танцевать?
— Мы за руку не можем, к сожалению, никого привести, пока человек сам не захочет. Мы ему создали все условия для того, чтобы он развивался. Его единственная задача — встать, прийти и начать заниматься.

Пересилить себя?
— Да, пересилить себя — и все. А вообще у нас народ дружелюбный в студии, у нас нет такого, чтобы на новенького, как на волка, смотрели. Многие люди знакомятся, некоторые даже женятся, рожают детей и потом их тоже сюда приводят.

А дети со скольки лет могут танцевать?
— Дети у нас танцуют с 4,5 лет. Куда еще раньше-то? И они у нас не польку-бабочку танцуют и не водят хороводы. Мы их учим танцевать хип-хоп. Мы до сих пор боремся с ушлепками, с так называемыми танцевальными школами, которые то открываются, то закрываются. Объясню, почему. Мы вкалываем, столько души вкладываем, столько соревнований проводим. Они откроются, маленького ребенка приведут, три раза там с ним позанимаются, как-нибудь доведут до слез, он больше никогда в жизни не пойдет на танцы. А может быть, убили какую-нибудь Майю Плисецкую, только в современной хореографии, или Ульяну Лопаткину.

А у вас тренировки, как правило, проходят в помещении? Когда лето наступает, не выезжаете на природу?
— Выезжаем в танцевальные лагеря. Вот уже на протяжении 5 лет мы единственная школа в Екатеринбурге, которая организует и проводит летние танцевальные лагеря. Недавно разведали Мармарис, Турцию.

— И вы вывозите туда детей всех возрастов?
— Нет, только юниоров от 16 лет, потому что совсем маленьких — хлопотно. Ребята съезжаются со всех городов области: Екатеринбурга, Уфы, Лесного, Нижнего Тагила. У нас в Подмосковье есть школа, в Орехово-Зуево.

Лагерь под вашим брендом?
— У нас зарегистрированный товарный знак, у нас все серьезно. А вообще у нас есть не только школа танцев, но и шоу-балет Electro, который в «Минуте славы» на Первом канале выступал, и Жириновский там «плакал». Видео можно посмотреть ниже.

Какая одежда нужна для тренировок?
— Удобная. И не важно, хоть в шортах занимайтесь, хоть в резиновых тапочках. Правда, в сланцах-то не очень удобно танцевать, поэтому все же лучше кроссовки (улыбается, — прим. авт.). Расскажу еще историю. Лет восемь назад, когда мы в Екатеринбург переехали жить из Санкт-Петербурга, мне здесь штаны даже негде было купить. Как-то шли по Вайнера, я шел с афроамериканцем в красной шапке, в здоровенных штанах, в кроссовках, и на нас пацаны-гопники смотрели широченными глазами. Здесь с двумя серьгами в ушах было очень тяжело ходить. У нас в Питере к этому всегда относились пофигистически, потому что культурная столица, потому что туда съезжались все музыканты, все танцовщики, все художники, люди искусства. В Екатеринбурге было все с точностью до наоборот. И когда мы начали рассекать по городу, нас даже гопники не трогали, потому что мы были, как экспонаты из музея мадам Тюссо. А сейчас все, Екатеринбург — крутой город.

— Но все равно Москва и Питер на несколько шагов впереди нас...
— Это да. По сравнению с Москвой и Питером мы, конечно, подтормаживаем, но догоняем.
Большой плюс Урала — в упертости. Вот этого не отнять. Урал — это открытость, упертость, четкость.

У вас больше мальчиков или девочек танцующих?
— Да вот так и не ответить сразу. На самом деле этот вопрос мне постоянно все задают (улыбается, — прим. авт.). Бывает так, что в одной группе одни мальчики, а в другой их мало. Если в общем, то мальчиков у нас много танцует.

Если человек долго танцует, ему причитается какой-нибудь спортивный разряд?
— Наша студия может выдавать государственный сертификат о том, что ты имеешь спортивный разряд. Я являюсь президентом Федерации фитнес-аэробики Свердловской области и президентом Hip-Hop International УрФО. Говорю это без всякого пафоса, для титров.

— То есть Ольга Слуцкер ваш босс?
— По сути да. Она президент Федерации фитнес-аэробики России. В каждом регионе, всего более 60 штук, существуют областные федерации, которые подчиняются исключительно московской, то есть — госпоже Слуцкер. А мы являемся ее представителями в Екатеринбурге и Свердловской области. Так что у нас все по-взрослому!

* Фотографии предоставлены сетью танцевальных школ «Е-Денс Студио»