Раздел Общество
13 июня 2007, 11:39

Правительство РФ утвердило положения, регулирующие порядок уничтожения захваченных террористами самолетов

Правительство РФ утвердило положения, регулирующие порядок уничтожения захваченных террористами самолетов и кораблей. Авиаторы опасаются, что сама возможность сбивать самолеты при наличии "достоверной информации" об их захвате заставит летчиков скрывать факт нападения.
Депутаты возражают, что гарантией взвешенности принимаемых решений станет выстроенная в стране антитеррористическая вертикаль.
Обнародованным в субботу постановлением "О мерах по реализации федерального закона 'О противодействии терроризму'" правительство утвердило три положения, которые описывают порядок применения вооруженными силами РФ оружия и боевой техники для устранения угрозы теракта в воздухе, на воде и под водой, а также в ходе контртеррористических операций. Напомним, что в принятом в марте 2006 года законе содержатся лишь общие принципы действий силовиков в подобных ситуациях. Как пояснили вчера Ъ в Минобороны, "в ближайшее время в соответствие с принятыми положениями будут приведены все нормативные правовые акты, в частности изменены служебные инструкции противовоздушной обороны и военно-морского флота по действию в случае угрозы терактов с помощью захваченных самолетов и кораблей".

В целом эти положения подтверждают давно принятый в мире порядок реагирования на несанкционированные действия воздушных и морских судов. Так, если уклонившийся от предписанного маршрута самолет не реагирует на "принятые в международной практике" радиокоманды с земли либо отказывается им подчиниться, на его перехват будут подняты истребители, которые попытаются вновь связаться с ним по радио, подать "визуальные сигналы" и, наконец, применят оружие для "принуждения к посадке". И лишь в том случае, если все эти меры не помогли, может быть отдан приказ "пресечь полет воздушного судна путем уничтожения".

Еще более подробно описан порядок применения оружия военными кораблями. Соответствующее положение, в частности, уточняет, что предупредительный огонь по судну-нарушителю "ведется посредством стрельбы впереди по курсу плавательного средства в целях принудить к остановке". После этого возможен огонь на поражение, но даже он "по возможности ведется в кормовую часть плавательного средства в целях прекращения его движения". В документах особо оговаривается, что при отсутствии реальной опасности гибели людей или экологической катастрофы оружие на поражение не применяется. То есть если захваченный самолет летит над сибирской тайгой вдалеке от городов и опасных объектов, сбивать его военные не должны.

Однако "подозрительные" самолеты, согласно положению, могут быть уничтожены и без предупреждения. Это произойдет при наличии "достоверной информации о возможном использовании воздушного судна для совершения террористического акта или о захвате воздушного судна и возникновения реальной опасности гибели людей либо наступления экологической катастрофы". При этом "достоверность" подобной информации "определяется должностными лицами в порядке, устанавливаемом Министерством обороны РФ совместно с Федеральной службой безопасности РФ".

Именно этот пункт, как опасаются эксперты, может привести к неадекватным действиям экипажа захваченных самолетов. "Согласно постановлению, летчик может стать как раз источником той 'достоверной информации', на основании которой может быть принято решение о немедленном уничтожении самолета,– считает замначальника инспекции по безопасности полетов ГТК 'Россия' Олег Буленков.– В результате существует вероятность, что получится обратный эффект: под угрозой неминуемого уничтожения летчик может и не сообщить о захвате самолета террористами, думая о возможном шансе выжить".

Депутаты, принимавшие упомянутый закон, надеются, что такого не случится. Глава комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев признал, что сама по себе формулировка "достоверная информация" "не может не смущать", но напомнил, что закон предусматривает "вертикаль ответственности при принятии решений от Национального антитеррористического комитета до низового оперативного штаба". Любой начштаба, прежде чем принять решение об уничтожении воздушного судна, будет "проверять и перепроверять всю поступающую к нему информацию". Поэтому, по мнению Владимира Васильева, закон и принятое на его основе правительственное постановление создают как раз тот "механизм, который позволяет избежать, с одной стороны, недопустимой ошибки, а с другой – минимизировать, когда это необходимо, последствия теракта".