Раздел Общество
22 ноября 2014, 17:22

Сергей Галанин, «СерьГа»: «Если мы не можем разговаривать с врагами — мы обезьяны»

За тридцать лет Галанин сделал себе имя, обзавелся кругом постоянных поклонников, а для тех, кому еле-еле двадцать, он «тот мужик, который с Михеем спел «Мы дети большого города». Сегодня Сергей колесит по России с юбилейным туром, играет в пабах и со светлой грустью вспоминает былые времена.

Прежде чем начать разговор с Сергеем Галаниным, я поинтересовалась у коллег: а действительно он раньше был так популярен? И редакция единодушно закивала головами. Дальше начался спор, был ли он круче в команде Гарика Сукачева или его большая история началась в собственной группе «СерьГа». Кто-то даже решился пойти на завтрашний концерт в Ben Hаll.

— Признаюсь сразу. С вашим творчеством я знакома только два дня. Как мне объяснить своим друзьям-студентам, кто такой Сергей Галанин?
— Да можешь даже не объяснять. Достаточно зайти в «Ютюб» и посмотреть наши клипы. У меня особое отношение к кинематографу, мертвому искусству. Там есть мысли, но выразить их через картинку сложно. Чтобы нас по-настоящему прочувствовать, лучше смотреть концертную запись. И еще, у меня просьба к молодежи. Ребята, слушайте не только нашу музыку на радио. В более свежих песнях есть идеи для всех.

— К вам на концерт приходят только старые знакомые? Школьников и студентов не видно?
— Странная вещь, но вчера мы играли в Ижевске, и перед сценой стояли мальчики и девочки лет одиннадцати. Понятное дело, они пришли с родителями. Но тут что интересно, они не испугались нас, значит мы не страшные рокеры. Вчера было молодых больше, чем тех, кто давно в теме. Я не жалуюсь. Если молодежь слушает правильную музыку, то все в порядке.

— У каждого рок-музыканта на сцене свой образ. Шнур — эффектный фрик, Кинчев — православный юродивый, «Чайфы» — свои парни, Гарик хочет, чтобы женщины его боялись, а мужчины от его вида нервно курили. Где здесь группа «СерьГа»?
— Первое слово — «волосатый». Сейчас большинство рокеров уже лысые. Ничего не поделаешь — годы берут свое. Даю слово, что не расстроюсь, если волосы начнут покидать и меня. Ничего страшного. Лысый — это красиво, многим идет.

— Кстати, вы бы, как ZZ Top, отказались бы сбрить волосы за большие деньги?
— Найдите мне такого мецената, мы с ним обсудим эту тему. (Смеется, — прим. ред.) А если размышлять дальше, то к «волосатый» можно добавить «делающий свое дело». Если это не было бы нужно, я бы завязал. Звучит пафосно, понимаю.

— Разве вам не хотелось устроить скандал? Попиариться?
— Это участь поп-звезд. Они постоянно думают о новых скандалах в духе «он встретил ее, она старше на двадцать лет, но несмотря ни на что…». Их поклонникам нравятся такие вещи, что поделать. Я скромно делаю свое дело и остаюсь собой. А рокерам противоестественны такие мысли.

— Можно сделать громкое политическое заявление и оказаться в топе музыкальных новостей. Например, как случилось с концертами Макаревича.
— Тут вы не правы. Андрей Вадимович не нуждается в прославлении. Его ситуация связана с трагической обстановкой на Украине. У него свои тараканы и свое видение мира.

— Как вы считаете, куда катится наша страна?
— Все очень непросто, неоднозначно. России дан шанс возродиться. Внешняя политика сегодня достойна уважения, она должна правильно отразиться на гражданской любви к Родине.

— Раньше такого не было?
— В девяностые мы про все забыли, мы были в эйфории. Сейчас мы думаем только о том, что происходит снаружи. Нельзя забывать про ржавчину, разъедающую нас изнутри. Никто не отменял чиновников, продажных ментов.

— Все так плохо?
— Я верю, что мы сможем очиститься. Крест ни на ком не ставлю. Вот был вчера человек не чист на руку, а сегодня понял, что это неправильно, и изменился. У меня есть маленькая надежда, что мы начнем менять себя. Хорошего друга сложно изменить, приятеля сложнее. Стороннего человека практически невозможно. Но себя изменить всегда можно, нужно над собой работать.

— Нет ощущения, что от России все отвернулись и мы одни?
— От вашего вопроса веет душком шовинизма. Меня забавляет, когда говорят слово «все». Или более прикольное словосочетание «цивилизованный мир». Что значит «цивилизованный мир»? Это только 30 англо-саксонских стран. И все. В мире около двухсот государств. А остальные — это второй сорт, что ли? Говорите конкретно. Да, есть проблемы с Евросоюзом, Америкой. Но эти проблемы были у России всегда. Нельзя говорить, что все отвернулись. Есть много кого на этой земле, с кем не хотят считаться и кого хотят использовать.

— Что нам с этим делать?
— Всегда нужно разговаривать. Даже с врагами. Это самое главное условие. Что сейчас на Украине? Как можно уничтожать своих жителей? Это бесперспективно. Если мы не можем разговаривать — мы обезьяны. У меня много друзей с разными мнениями, мы всегда готовы обсудить, поделиться. Военная мощь — это последний аргумент. Дипломатия существует, чтобы зацепиться за соломинку. А чтобы начать друг в друга стрелять, большого ума не надо.

— Вас мои одногодки знают по дуэту с Михеем «Мы дети БГ». С кем из известных людей вы бы сейчас спели?
— На самом деле такого желания сейчас нет. Понимаете, это делается, когда что-то в тебе накопилось. И это становится фактом в биографии. Ни Михей, ни я тогда не понимали, что все произойдет через полгода после записи, к сожалению (в июне 2002 Михея поразил инсульт, — прим. ред.). Когда вы начали этот вопрос, я подумал, что вы про песню «А что нам надо». А вы про другую. Я очень этому рад. Вы же знаете ее?

— Конечно. Только свет в оконце.
— Получается, две песни. (Смеется — прим. ред.). Ну вот, а вы говорите, только два дня назад. Не верю.

— Вам не обидно от того, что раньше рокеры собирали стадионы, а сейчас играют в клубах и пабах?
— Есть прелесть во всем. У нас, слава богу, и стадионы периодически происходят. Чем плохи пабы? Ведь важен слушатель. И все равно — пятьдесят человек, пятьсот или пять тысяч. Это не меняет дела. Во время любого концерта ты должен быть хорош.

— То есть светлая грусть по былым временам есть?
— Жизнь вообще — светлая грусть. Она штука странная, ее понять очень сложно. Вот ты проснулся утром, ты здоров, у тебя есть любимое дело — ты счастливый по большому счету. Сколько на планете людей, у которых этого нет? Поэтому когда ты играешь в пабе на двести человек — это большое счастье, что ты нужен этим двум сотням.

— Что будет дальше?
— Никто не знает. Человеческая перспектива не в наращивании экономической мощи. Знаете, сколько великих художников умерли в нищете? И о них узнали только после смерти. Думать о благополучии — глупая вещь. Смысл жизни в совершенствовании себя.

— Путин тоже так считал несколько лет назад. А сейчас изменил мнение. Говорит, что смысл жизни в любви.
— Смотря что понимать под любовью. Если ты честен в любви, то и остальное идет в правильном направлении. Добрые дела — это одновременно и любовь, и правильное отношение к себе и миру. Все-таки добро — больше, чем любовь.

В воскресенье, 23 ноября, Галанин и «СерьГа» приедут в Екатеринбург, чтобы отыграть концерт в рамках юбилейного тура. Отмечать двадцатилетнее творчество будут в клубе Ben Hall в восемь вечера. Подробности тут.

Фото: официальный сайт группы «СерьГа» http://serga.ru/