Раздел Общество
9 октября 2014, 10:00

Обычный герой. В свободное время бизнесмен учит трезвости спасателей и екатеринбургских школьников

Обычный герой. В свободное время бизнесмен учит трезвости спасателей и екатеринбургских школьников
Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru
Алексей Русаков выступает в обычных общеобразовательных школах, специализированных лицеях и даже таких стратегически важных учебных учреждениях, как институт МЧС с лекциями о вреде алкоголя, в которых делится с подростками собственным опытом трезвой жизни. Делает он это за идею, то есть совершенно бесплатно.

Идея Русакова очень проста и выражается буквально в нескольких словах.

— Я не пью четыре года, — говорит Алексей Русаков, бывший сотрудник PR-агентства «Ньютон», в настоящем — предприниматель, член общественной организации «Общее дело» и убежденный трезвенник. Потом видит в глазах молодых собеседниц сомнение, смешанное с недоумением, и более решительно добавляет: — Вообще не пью.

Мы побывали на одной из лекций в институте МЧС. В зале собрались два десятка 17-летних девушек. Все одеты в одинаковую униформу и тяжелые черные военные ботинки. Армейская дисциплина, непроницаемые лица, идеальная тишина.

Алексей в розовой накрахмаленной рубашке выходит в центр комнаты и очень по-научному начинает объяснять суть похмельного синдрома и процесс гниения клеток головного мозга. Девочки вспоминают школьные уроки биологии и начинают посматривать в потолок. Тогда Алексей включает фильм, в котором наглядно и очень физиологично говорится примерно все то же самое, но на этот раз от лица героев — настоящих алкоголиков. Все герои — женщины.

Фильм начинается с жутких кадров в «Склифе». «В приемном покое скорой помощи института имени Склифосовского объявлена готовность номер один, — чеканит строгий закадровый мужской голос. — К вечеру сюда нескончаемой вереницей потянутся машины скорой помощи. Ножевые ранения, переломы, травмы головы. 80% пострадавших — пьяные женщины. 10% из них напились первый раз в своей жизни. Это их жизнь — их право, их выбор». Курсантки внимательно следят за личными драмами мелькающих на экране людей, очень похожих на актеров. На словах «однажды Ирина вышла на пять минут в ночной магазин, на улице ее встретила компания, предложила ей выпить и прокатиться на машине… Очнулась на окраине города. Чудом осталась в живых» — одна из девочек начинает плакать.

После окончания лекции мы задали несколько вопросов Алексею о том, как он стал убежденным трезвенником и как он собирается тиражировать свой опыт в непростых российских условиях.

— Решение не пить я принял четыре года назад. Услышал лекцию Жданова и сразу показал ее жене. Она меня поддержала. Мы решили выяснить, насколько нас хватит. Держимся до сих пор. Первое время мне было трудно находиться в компании даже друзей. Видя, что я отказываюсь от алкоголя, люди сразу начинали улыбаться: «Ты болеешь?», «Ты закодировался?» или «Значит, были проблемы?». Добиться уважения к своему решению я смог только спустя полгода.

Я никогда не был алкоголиком. Я был обычным «умеренно пьющим» человеком. «Истории» были только в студенческом возрасте. В 11-м классе меня должны были исключить из лицея «за пьянство». Это было в новогоднюю ночь, и я попался. За нарушение запрета на алкоголь на территории школы сразу исключали. Доучиться последний семестр я смог благодаря друзьям, которые за меня заступились. Не могу сказать, что тогда эта история меня чему-то научила. Куда большее впечатление на меня оказал пример моего деда. Сколько я его помнил — а это как минимум последние 26 лет своей жизни — дед вел трезвый образ жизни. В отличие от меня, он этим не гордился. Он просто жил и своим примером показывал, что так можно и нужно жить.

Я не борюсь с пьянством. Я борюсь за трезвость. Это разные вещи. Бороться с пьянством — это все равно что бороться с ветряными мельницами. Для этого есть государство, работа которого уже привела к тому, что у нас алкоголики и наркоманы стали самой защищенной группой населения. Для них строят реабилитационные центры, на них бесплатно работают тысячи врачей. Я занимаюсь совсем другим. Я за то, чтобы люди получили информацию, которая позволит им самим строить свою жизнь и жизнь своей семьи. Трезво.

Человек, считающий себя «умеренно пьющим», находится на лезвии ножа. Он уверен, что у него все в порядке. Но шаг вправо, шаг влево — и он сам не замечает, как оказывается уже совсем в другом статусе. Я думаю, что это последствия ложных установок, которые закладывают в нас медиа. Рынок предлагает нам только два варианта: становись алкоголиком либо пей культурно. Практически в каждом фильме мы видим, как человек культурно сидит, достает из погреба такое-то вино такого-то года. Потребители медиаконтента, которыми, по сути, мы все и являемся, конечно, не хотят лежать под забором и выбирают второй путь. Но есть еще третий вариант: человек может и должен жить трезво, и это является нормальным его физиологическим состоянием. Но этот путь нам не предлагают вообще.

Одна из первых причин алкоголизации населения в России — доступность алкоголя. Банка пива или алкогольных напитков, вроде «Ягуара», стоят ровно столько, сколько обычно ребенку дают в школу на завтраки. И детям это продают. Со временем эти «Ягуары» становятся нормой, и ребенок после школы, сэкономив на завтраке, вводит это в привычку. В результате резко страдает умственное развитие подростка, он теряет способность к обучению, больше не может концентрировать внимание. Все это заканчивается тем, что к 20 годам он страдает рассеянным склерозом — болезнью, которую обычно диагностируют лет в 60–70.

До 60-х годов большая часть населения нашей страны была трезвой. С тех пор была проделана огромная работа, в том числе кинематографом. На мой взгляд, и «Кавказская пленница», и «Бриллиантовая рука» — это жесткая пропаганда алкоголизма в трезвой стране. Семен Семеныч Горбунков — вообще-то трезвенник. Он не видел, что пьют, и поэтому сам не пил. Потом приходит харизматичный человек в белом кителе и говорит: так выпейте, это же для дома, для семьи, врачи рекомендуют! Вспомните замечательный фильм, с которого у всех людей начинается Новый год. В нем нет ни одного положительного трезвого персонажа. Пока Ипполит трезвый — он чудовище, как только он выпил — мы его все сразу любим. Я знаю, что наши коллеги в Новосибирске недавно подали иск к кинотеатрам, которые показывали фильм «Волк с Уолл-стрит», и они выиграли этот иск. Потому что это пропаганда наркотиков.

Нужно создавать моду на людей, которым не нужен алкоголь, чтобы почувствовать себя нужным, счастливым и успешным. Потому что они и без этого получают радость и удовольствие от жизни. Объяснять, что пьющий человек не управляет своей реальностью. Это нищеброд, который может только выпить и забыться. Но в нашей стране сейчас действует другая мода — навязанная рынком.

Насильно сделать трезвым никого нельзя. Развитие происходит постепенно. Я никогда не буду тратить время на алкоголиков, которые выпивают вечерами на детских площадках. В прошлом году мы делали проект «Трезвые дворы» в Челябинске. Набрали фактурных ребят, которые вместе с участковым ходили по дворам и просили людей соблюдать закон — не распивать спиртные напитки на детских площадках. С одной стороны все это, наверно, хорошо, потому что они донесли до людей информацию. С другой стороны — насильно никого счастливым не сделать. Да, алкоголики уходили с детских площадок. Но они это делали, потому что перед ними стоял участковый, а не потому что вдруг поняли, что на самом деле с ними происходит и чем это обычно заканчивается.

Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru