Раздел Общество
7 января 2014, 12:00

Всемирно известный режиссер нашел в Екатеринбурге американский экстрим-капитализм

Основатель компании Dash Arts, создатель театральных постановок «Сон в летнюю ночь» и «Тысяча и одна ночь» Тим Саппл — о жителях Екатеринбурга, «Высоцком» и своих белорусских корнях.

Всемирно известный британский режиссер Тим Саппл в течение нескольких дней искал в столице Урала актеров и драматургов для своего нового масштабного исторического проекта о России. Рабочее название постановки — «1917». Мы встретились с Тимом в «Коляда-театре» за несколько дней до его отъезда и спросили, какого он мнения о Екатеринбурге.

— Когда я приехал в Екатеринбург, у меня сразу появилось ощущение, что в этом городе мне нравится. Это прежде всего люди с живым и сильным характером, с которыми я здесь встретился. В Екатеринбурге я встретил очень умных, интеллигентных, думающих людей. Мне бы хотелось снова вернуться в ваш город, чтобы продолжить работу с ними, или просто задержаться здесь подольше. Когда мне хочется остаться в том или ином месте подольше — это о многом говорит для меня. Потому что это происходит далеко не во всех городах, где я бывал. А был я много где.

Мне нравится смесь архитектурных стилей в Екатеринбурге, по ним можно считывать историю города и страны. Если честно, я не люблю всю эту современную, постсоветскую архитектуру. Таких зданий полно и в Лондоне. Вот какое-то голубое здание, потом серое, зеленое... Не возникает ощущения сложенного образа. Я видел такие вещи и в Америке, и в Италии, эта ситуация не только здесь такая. В Америке, где капитализм проявил себя в крайней степени, это экстрим-капитализм, строят что хотят. В некоторых местах видишь такое сумасшедшее нагромождение разных стилей! В России больше контроля, но все равно здесь такая же сумасшедшая смесь. Я не знаю, почему так.

Я думаю, что новое здание нужно строить, если есть возможность вложить в него много денег. Власти города должны очень внимательно и тщательно просматривать проект. Кто-то должен это все контролировать. Пока я вижу, что в Екатеринбурге новые здания разбросаны в случайном порядке. Кто-то должен проявить себя как лидер, чтобы контролировать ситуацию с застройкой. Он должен иметь право вето и говорить: «Это хорошее здание, а это — плохое. Уходите и доработайте проект». Необходимо, конечно, доверие к местным властям и прозрачность принимаемых решений.

Дома, которые были построены в Екатеринбурге до революции, очень милы. И здания в стиле конструктивизма мне тоже очень понравились, они совершенно с другим внутренним наполнением. Они, конечно, серые, грязные, старые, и людям хочется чего-то нового. А, ну вот, кстати, мне эта башня — «Высоцкий» — понравилась. Возможно, в следующий раз, когда я приеду в Екатеринбург, я поднимусь на смотровую площадку.

Ехать в Россию я не боялся. Я был в восторге, когда узнал, что мне предстоит такая поездка. Мне было очень интересно. Мне повезло, что у меня такая работа. Кстати, моя мама была из СССР. Она родилась в Англии, но ее родители приехали из Белоруссии.

Десять лет назад англичане считали, что в России опасно. Не знаю, насколько эта информация была правдива. Но люди много об этом говорили. Как сейчас, например, люди говорят о Южной Африке, где очень опасно. Но опасность никогда не останавливала меня в путешествиях. Я проехал по всему арабскому миру. Это как раз те места, которые считаются очень опасным для европейцев. Ирак, Йемен… Я ездил в Иран, в разные части Индии. И все нормально. Поэтому я думаю, что тебе может не повезти везде, даже в Лондоне. Главное — ехать с доверием. Не думать о том, что может произойти что-то плохое.