Раздел Общество
11 апреля 2013, 09:30

Только увольнение, только хардкор. Родители развязали войну с учителем элитной гимназии

Только увольнение, только хардкор. Родители развязали войну с учителем элитной гимназии
Фото: 66.ru
Ни прокуроры, ни чиновники не могут унять вражду между родителями, учителем и администрацией образцовой школы Екатеринбурга. Корреспондент Портала 66.ru пытался выяснить, осталось ли здесь место для детей.

— Будет она у нас дальше или ее снимут? Нас интересует только это! А обсуждать все эти мелочи — категории, лишение зарплаты… Нам это не нужно. Нам надо, чтобы ее сменили. Все просто и понятно. Вот этот ответ мы и хотим от вас услышать!

Это не митинг на площади Труда, устроенный активистами против местных властей, а собрание в 3 «А» элитной гимназии №70. В кабинете №23 все парты заняты родителями. Многие записывают происходящее на диктофон, кто-то принес с собой ноутбук и тщательно ведет протокол. Запись делает и администрация школы — в углу класса с ноутбуком на коленях устроился зам по воспитательной работе. Становится ясно: тут идет настоящая война, где все сказанное может быть использовано против вас.

Линия фронта пролегает весьма затейливо и делит класс сразу на несколько частей. По разные стороны баррикад не только учитель, родители и администрация. Все намного сложнее. Одна часть родителей — та, что заняла левую половину класса, успевает между делом воевать с той частью, которая сидит справа. Посередине встречаются редкие дезертиры. Они принимать участие в школьной войне не хотят. Это в основном молодые модные мамочки — они ни за, ни против увольнения учителя Маргариты Арефьевой.

Сама Арефьева тоже воюет на два фронта: это настроенный против нее актив класса и администрация гимназии. Осталось ли здесь место для детей — вопрос сложный.

Школьные войны коснулись одного из самых престижных учебных заведений среднего звена Екатеринбурга — гимназии №70. Родители завалили заявлениями прокуратуру, чиновников из управления образования. Но директор гимназии увольнять учителя отказывается.

Ведет встречу чиновник из управления образования Татьяна Лежнина. Ей едва удается сдерживать натиск родителей. Те готовы в любой момент рвануть вперед, на баррикады, или устроить митинг прямо в классе. Директор гимназии Надежда Миногина в отпуске. Вместо нее на собрание пришла и.о. директора Наталья Воробьева. Она даже не пытается дирижировать хаосом и занимает позицию наблюдателя, устраиваясь у стены. Учителя, диктатуру которого требуют свергнуть те, что слева, тоже нет. Арефьева на больничном.

За несколько дней до начала собрания родители сделали очередной решительный шаг: написали несколько заявлений в прокуратуру и министерство образования. Оказалось, что претензий у них накопилось много. Рассказывать о том, что происходит в классе, они могут часами.

Поводом для одного из заявлений стала аудиозапись, сделанная одной из третьеклашек по просьбе родителей. Фрагменты уроков маму и папу девочки удивили. Оказалось, что Маргарита Игоревна кричит на детей и называет их «балбесами» и «безмозглыми». Может, например, выгнать ребенка из класса за малейшую провинность. Некоторые из высказываний родители расценили как унижение детей.

Рассказывать о том, что происходит в классе, родители могут часами. Например, о том, что учитель Маргарита Арефьева кричит на детей, называет их «балбесами» и «безмозглыми».

Запись тщательно охраняют от копирования и дают послушать только в своем присутствии. Однако недавно фрагменты все же попали в Сеть. Вот, например, некоторые сцены:

— Я ведь объяснила только что, ты что такой безмозглый-то, а? Я объяснила: уголки только приклеиваем. Отгибай все. Я 30 раз объяснила на уроке! Данил ничего не слышит, не улавливает! — говорит раздраженно учитель.

— А ты мне завтра дневник покажешь. Или ты его будешь переписывать в присутствии родителей. Я сейчас покажу администрации такой дневник! Пускай зафиксируют! Что такая-то ученица 3 «А» не выполняет указания учителя! — Маргарита Игоревна на повышенных тонах учит детей вести дневник. Для пущей убедительности стучит по столу. — Я тебе давно говорила привести дневник в порядок!

Вот еще пример — мальчика выгоняют с урока.

— Я не закончила урок! — кричит учитель. — Я только сказала собраться! Нет, они рот не закрывают! Так, что это такое? Вон из класса! Я сказала: вон из класса! Побыстрее!

Эти записи, сделанные девочкой, стали одним из главных козырей родителей против учителя. Правда, совсем скоро Лежнина (та, что из управления) усомнится в ее ценности и на некоторое время обезоружит оппонентов Арефьевой…

За неделю до каникул родители настояли на том, чтобы им позволили присутствовать на уроке. То, что они там увидели, их насторожило.

— Этому педагогу глубоко за 60. Она уже три года как на пенсии, — приводит один из аргументов в пользу увольнения Александр Третьяков, отец ученика 3 «А» класса. — Она кричит на детей, оскорбляет их. Раньше мы воспринимали это как блажь ребят. При личном общении учитель всегда казалась милым человеком. Первой на уроки пошла моя жена, она тоже преподаватель — французского языка. Она увидела, что педагог кричит, к уроку не готовится. Одного из детей даже ударила. Когда мы пришли в местное районо, нам сказали, что на этого учителя стабильно раз в четыре года идут жалобы родителей. Директор не хочет предпринимать никаких мер для того, чтобы убрать этого педагога. Мы просто кричим об этом! Хотим, чтобы кроме нас об этой ситуации узнал кто-то еще и эту ситуацию не спустили на тормозах.

— Я стала свидетелем того, как ребенка во время урока учитель толкнула в голову. Ребенку было больно, — подтверждает слова мужа Марина Третьякова. — Она может выгнать ребенка из класса. Швырнуть его портфель в коридор. Один мальчик как-то пошутил, с ее точки зрения, неудачно, вроде: «Давайте Соне отрежем косичку». Максимум, что можно было сказать, это: «Давай, Данил, не балуйся, внимательно». А она сказала: «Пошел вон из класса. Для тебя урок закончился». Мой сын как-то повернулся к соседу. Она сказала, что он вертится и сорвал ей урок: «Все, чтобы поздравлений завтра не было, чтобы я больше ваших подарков не видела». Дело было накануне 23 Февраля. Это притом что она сама организовывала девочек на поздравление мальчиков. Девочки готовили подарки и очень хотели их подарить. Все, Антон Третьяков сорвал урок, он виноват! Из-за него подарков у мальчиков не будет!

Мама маленькой Сони утверждает, что ее ребенку не была оказана медицинская помощь, когда той стало плохо на уроке. Учитель даже к ней не подошел.

Марина рассказывает о еще одном случае: ребенку стало плохо прямо во время урока, однако, как утверждают родители, девочке никто даже не оказал медицинскую помощь. В администрации школы Ирине Фадеичевой, маме маленькой Сони, ответили, что помощь девочке была оказана. С тем, что ребенка даже не отвели в медпункт и не показали медсестре, похоже, никто не спорит.

— Соня поднимала руку на уроке, но учитель долго ее не отпускала из класса, — рассказывает Ирина. — Она не выдержала, и ее стало рвать прямо в классе. В раковину. Не в туалете даже… После этого к Соне подошли родители (они были на уроке) и одноклассники. Не учитель. Меня поразило, что Маргарита Игоревна даже не подошла к ней, не поинтересовалась, как она себя чувствует. Соня сказала, что сначала она с кем-то разговаривала в классе, а потом повела детей в столовую. Ее подружки мне сказали, что она только через урок спросила: «Где Соня?». Когда дочь мне позвонила, я тут же поехала в школу. Она стояла на парковке. Одна, с портфельчиком. Я отвезла ее домой, врача вызвали.

— Почему девочку не отвели в медпункт?
— Какой медпункт… Мне позвонили родители, которые считают, что Маргарита Игоревна — хороший педагог, и сказали: «Тебе что, нужно было, чтобы мы скорую вызвали и ее отвезли в инфекционку? Тебе зачем это?». Меня почему это возмутило... — Ирина на несколько секунд задумывается, а потом доверительным полушепотом произносит слова, с которыми не поспоришь: — За моего несовершеннолетнего ребенка ведь кто-то должен отвечать, когда я его в школу отвожу. Но никак не родители или дети… Из школы мне даже никто не позвонил.

В администрации гимназии пытались «разрулить» ситуацию по-своему: предложили родителям установить видеокамеры в классе. Правда, за их же счет. Штрафовали учителя, вызывали к директору. Родители требуют решить вопрос раз и навсегда — без полумер.

Вместо директора перед родителями отдувается завуч — Наталья Воробьева (на фото). Нарушений прав детей в действиях учителя нет — таковы результаты проверки администрации, управления образования и аппарата уполномоченного по правам ребенка.

— Мы добиваемся, чтобы она ушла из нашего класса, — подводит итог мама маленького Антона Марина Третьякова. — Дети просто ее боятся. Панически. Есть дети, которых обзывали в лицо стукачами, если они дома рассказывали, что их обзывали дураками, что им нужно учиться в спецшколе, что они умственно отсталые («Ты стукач и ты стукачка. Иди своей маме расскажи, что я тут говорю»). Ей в школе работать удобно. Нравится уровень зарплаты, которую она получает. Детям на одном из уроков она сказала: «Я поступала в иняз, но мне не хватило баллов, и ничего больше не оставалось, как пойти в учителя начальной школы».

Марина настоятельно просит не звонить учителю, увольнения которого она добивается («Будет лучше, если это станет для нее сюрпризом»). В этот момент становится ясно, что проблема не только в учителе, но и в самих родителях.

Перед тем как обратиться в СМИ, Третьяковы писали в общественный фонд «Уральский родительский комитет». Выслушав стороны, глава комитета Евгений Жабреев пришел к тому же выводу.

— К нам обратился только один родитель, — рассказывает Жабреев. — В разговоре с ним мы выяснили, что он недоволен учителем из-за того, что ей уже 60 лет, что она неправильно себя ведет с учениками. Мне показалось это странным. У меня тоже есть учителя, им уже за 70. Они, несмотря на свой преклонный возраст, стараются, преподают. Мы общаемся до сих пор… От воспитания родителей тоже очень многое зависит. Каждый человек имеет право работать и зарабатывать, и мы не имеем права бороться за то, чтобы учителя уволили. Иногда некоторые родители так активно начинают действовать, что не поймешь, где правда, а где ложь. На самом деле проблема может быть не только в учителе, здесь некоторые родители себя не совсем адекватно ведут…

Если бы Евгений Жабреев пришел на собрание 3 «А», то стал бы свидетелем того, как родители пытаются выяснять отношения друг с другом и прижимают к стене администрацию. При этом завуч упорно отказывается принять решение о дальнейшей судьбе учителя здесь и сейчас. Это вызывает волну негодования. Психолог робко пытается объяснить, что из-за школьных войн могут пострадать дети (конфликт родителей между собой, между родителями и учителем они, конечно, тоже скоро почувствуют). Но ее слова тонут в общем гвалте.

Родители выясняют отношения друг с другом. Психолог робко пытается объяснить, что из-за школьных войн страдают и дети. Но ее слова тонут в общем гвалте.

— Нам надо, чтобы у нас был другой учитель… — говорит один из мужчин, сидящий ближе всех к учительскому столу. — Это исправимо, вы считаете? То есть человек после 60-ти лет доступен к перевоспитанию любой жизненной позиции в отношении детей или нет? Я считаю, что нет.

— Это оценочное понятие, вы свою личную точку зрения высказываете, — вообще-то мужчина обращался к Лежниной, но ответить за нее решила женщина с ряда, где сидят родители, которые «за». — Когда Маргарита Игоревна пришла в класс, на первом уроке после английского языка дети ее встретили аплодисментами.

— А моя боялась в класс заходить! — это говорит женщина с задней парты.

— А наши рады были ее видеть! Так заберите своих детей и идите в другой класс! Создайте свой класс! Нас устраивает, — вставляет еще одна сторонница Маргариты Игоревны.

— ...Со словами «давайте мне хлопайте!» Так это и было. Да, так и было! — парируют те, кто против.

— Вот опять, вы показываете ваши диктофоны… — вздыхает Лежнина.

— Конечно! А что нам остается делать! — почти хором отвечают родители с левой стороны класса.

Татьяна Лежнина выносит вердикт: рекомендовать директору гимназии в конце учебного года перевести учителя в воспитатели группы продленного дня. При этом она поясняет, что нарушений прав ребенка нет.

— Маргарита Игоревна имеет первую категорию как педагог, как учитель начальных классов, — продолжает Лежнина. — И согласно федеральному положению об аттестации педагогических кадров, никто не имеет права лишить ее этой категории. Никто не собирается это делать. Период окончания квалификационной категории у Маргариты Игоревны еще два года. Мы будем рекомендовать администрации школы по окончании срока аттестации направить учителя на аттестацию на соответствие занимаемой должности в Институт развития образования.

Левая сторона класса негодует. Чиновник пытается покинуть поле боя, но ее не отпускают.

— Останьтесь, пожалуйста, иначе тут драка будет. Судя по настроению той стороны… Они кинутся с кулаками! — протестуют сторонники Арефьевой.

— Давайте не будем говорить все вместе, пожалуйста! По одному. Мы собрались ведь потому, что… — пытается урезонить разбушевавшихся родителей чиновник.

Тут в бой снова вступают родители, добивающиеся увольнения.

— Вы, как управление образования, принимая эти решения, делая такие прогнозы, советовались с психологом? По поводу данного педагога. Насколько этого педагога вообще к детям подпускать можно? — ставит вопрос ребром мужчина из среднего ряда.

— Вот здесь давайте разграничим: что значит «мнение психолога»? Для того чтобы психолог принял квалифицированное решение, во-первых, должно пройти обследование… — начинает объяснять Лежнина.

— Обследование чего? Педагога? — уточняет мужчина.

— Педагога, конечно, — говорит чиновник. — Не поговорив с педагогом, я вам, конечно, не скажу. Что значит «можно ли подпускать»? У нее есть соответствующие профессиональные характеристики — это ее уровень образования. Есть квалификационные характеристики — это ее первая категория. Номинально оснований, как вы сейчас сказали, ее не допустить — у нас нет.

— А что значит «номинально»?
— Нарушения прав несовершеннолетних не выявлено, — уточняет Лежнина. — Аудиозаписи, если эти записи осуществляются без уведомления педагога и администрации, к рассмотрению не принимаются. Ни один суд у вас их не примет…

Сама Маргарита Игоревна, которая в это время сидит дома на больничном, придерживается того же мнения. По ее словам, аудиозапись она не слышала, однако почти не сомневается, что это подделка.

— Мне никто — ни администрация, ни родители — никто не давал эту аудиозапись. После того как родители стали ходить и сидеть на уроках и записывать, они могли смонтировать все это запросто. Я не отрицаю: у меня, может, голос такой. Иногда кричу. Что дальше? Это же не в системе. Я никого никогда не оскорбляла нецензурными словами.

Все обвинения в свой адрес Арефьева отрицает. Жалобы стали для нее неожиданностью. Сейчас она ходит в прокуратуру и пишет объяснительные. Недавно ходила в министерство образования и написала заявление в свою защиту. Слова родителей называет клеветой. Собирается подать заявление в суд.

— Пришедшие на собрание родители ожидали, что я буду уволена немедленно, — говорит учитель. — Они этого добиваются. Я думаю, что это было спровоцировано — я вам точно скажу — администрацией школы. Потому что от пенсионеров-учителей стараются избавиться. Родителям было позволено сидеть на всех уроках у меня и записывать. Я очень возмущена этим. Такого ни с одним учителем в жизни не бывало… У меня племянница живет в Америке. Недавно она позвонила и сказала, что даже в Америке уже знают об этом случае!

Подвергшийся критике учитель Маргарита Арефьева (на фото) считает, что, разжигая скандал, администрация учебного заведения пытается избавиться от преподавателя-пенсионера. Фото: vk.com.

Когда Маргарита Игоревна начинает рассказывать о годах, проведенных в стенах «знаменитой гимназии», ее голос дрожит. Кажется, что она сейчас заплачет. Как будто в груди что-то начинает клокотать и вот-вот заглохнет. Только жалости это почему-то не вызывает, напротив, появляются сомнения в ее искренности. Временами слишком театрально. Хотя сама Маргарита Игоревна клянется, что говорит правду и только правду.

— Я не ударяла девочку. Она пришла после болезни. Сидела мамочка-жалобщица с диктофоном на уроке. Я попросила класс поприветствовать ребенка. Взяла ее и приобняла. Даже хотела поцеловать. Но родительницей было написано, что я ее стукнула по голове. Родители этой девочки поверили и написали на меня жалобу. Так это все и пошло… Я никого не ударяла. Можете у любого ученика спросить.

Историю с Соней, которой стало плохо во время урока, учитель вспоминает не так, как ее мама.

— Девочка дома что-то скушала, и ей стало плохо на втором уроке. Родители оказали ей помощь вместе со мной. Мы сразу же отнесли ее к врачу. Девочка сама позвонила мамочке, когда ей стало лучше. У меня много детей, я не могу всех бросить. Проводить девочку до первого этажа, чтобы мамочка ее забрала, я попросила ее подружку.

Правда, в региональном аппарате уполномоченного по правам ребенка тоже провели проверку и признали, что случай, когда ребенку не была оказана медицинская помощь, — «явное нарушение».

Сворачивать военные действия и отступать никто не собирается. Найдется ли здесь место детям — вопрос пока открытый.

Если вам предложат стать воспитателем группы продленного дня, вы согласитесь или будете настаивать на классном руководстве в этом классе?
— Если мне предложат, то, конечно, я соглашусь, — говорит Арефьева. — В моем возрасте это нормально для учителя. Но мне передали, что родители на этом не остановятся. Они хотят, чтобы учитель вообще не вышла на класс. А другой работы у меня нет. Я заканчивала в этом году и уходила на отдых. Но вот они перечеркнули всю мою педагогическую деятельность.

Казалось бы, ситуация может разрешиться уже скоро, и все стороны могут остаться довольны. Но на деле сворачивать военные действия никто не собирается. В обещание Арефьевой переквалифицироваться в воспитатели родители не верят. Они уверены: когда дирекция гимназии сделает учителю такое обидное предложение, Маргарита Игоревна просто откажется. Родители готовятся развернуть информационную войну в СМИ, отдают аудиозаписи (те самые, которые не примет ни один суд) на экспертизы психологам-лингвистам. Учитель, в свою очередь, пишет заявление в суд. Правда, и.о директора, кажется, идет на уступки и обещает в очередной раз сделать Маргарите Игоревне строгий выговор и оставить без премии.

Фото, видео: 66.ru