Раздел Общество
14 февраля 2013, 19:30

Пенсионеры ОМОНа подают в суд на ГУ МВД: «Почему свои квартиры мы должны вырывать зубами?»

Пенсионеры ОМОНа подают в суд на ГУ МВД: «Почему свои квартиры мы должны вырывать зубами?»
Фото: Дмитрий Горчаков для 66.ru
Ветераны боевых действий считают, что в главке нарушили их законное право на собственное жилье и теперь хотят оставить новые квартиры себе. В ГУ МВД говорят, что, напротив, делают все, чтобы жилье досталось их сотрудникам.

Пенсионеры ОМОН ГУ МВД РФ по Свердловской области, долгое время служившие в Афганистане и на Северном Кавказе, собираются подать в суд на свое начальство. По мнению ветеранов боевых действий, управление нарушило их право на перевод в собственность жилья, предоставленного им государством по закону «О полиции». В соответствии с законом, обеспечение сотрудников жильем осуществляется за счет бюджетных средств из федерального бюджета. Жилое помещение должно быть передано сотрудникам полиции в собственность либо полицейским должны предоставить социальные выплаты на приобретение квартиры.

— В этом году заканчивается приватизация жилья, после чего жилье будет фактически не в нашей собственности, а в собственности ГУ МВД РФ по Свердловской области, одним словом «служебное». В получении права собственности нам отказали в письменном виде. В официальном ответе ГУ МВД на наше обращение сказано: «ГУ МВД по Свердловской области не имеет полномочий передать помещения в указанном доме в собственность граждан», — рассказывают офицеры, в руках — тот самый ответ, подписанный полковником внутренней службы Столяровым. Оно датировано 31 января 2013 года.

— На наше обращение в комитет по жилищной политике администрации Екатеринбурга был дан ответ: «Данное жилое помещение по состоянию на 01.01.2013 в реестр муниципальной собственности не включено. Мы не можем оказать вам содействия в приватизации ваших комнат», — говорит другой ветеран.

— Мы возмущены, что, распределив жилье в мае 2012 года, нам выдали договор найма и ключи от квартир только в январе. Договор найма был заключен между нами и ГУ МВД. Теперь для того чтобы мне приватизировать жилье, я должен за короткий промежуток времени собрать все справки. Нам оставили меньше полутора месяцев на приватизацию. Вселиться в новые квартиры мы тоже не можем, потому что там нет ни лифта, ни воды, — рассказывает бывший сотрудник ОМОНа.

Квартиры в новом доме по адресу улица Крауля, 93 омоновцы ждали с 2005 года, хотя как ветераны боевых действий имели все льготы на улучшение жилищных условий и должны были оказаться в начале списка. Но в списках на получение жилья были пустые строчки, куда вне очереди вписывали фамилии других сотрудников. Все, что удалось выяснить прокурорам — информация о них, их имена и фамилии, — «не подлежат разглашению в соответствии с приказом МВД».

Все это время ветераны боевых действий жили (и живут до сих пор, в новом доме нет ни воды, ни света) в служебном общежитии ОМОНа на Крауля, 180, в здании бывшей 43-й зоны. В комнатах-камерах, в которых отсутствует даже вентиляция. Жилая площадь камер — 15–21 кв. м. Здесь живут и другие сотрудники ОМОНа вместе со своими семьями. Они тоже ждут свои квартиры.

— В МВД на наши жалобы не реагировали. В само общежитие никто из начальства не заглядывал. Репортеров туда не пускают, так как это режимный объект. Все находится за глухой стеной. Поэтому никакой реакции нет. У нас горячей воды не было месяца четыре. Проверки были, но сама система внутренних дел и прокуратура, и судьи — это одно целое, — говорят бывшие сотрудники ОМОНа.

В январе этого года им и другим полицейским, тоже стоящим в очереди, наконец дали квартиры в новом доме — на Крауля, 93. У кого-то оказалась отдельная квартира, другие делят жилплощадь с сослуживцами. Вместо личного жилья, на которое выделялись средства из федерального бюджета, полицейские получили общежитие.

С тремя из ветеранов нам удалось встретиться лично в приемной депутата Торощина, написавшего не один запорос по этому делу. Это Максим Турлов (капитан милиции в отставке), Олег Халтурин (лейтенант милиции в отставке) и Дмитрий Козьминых (прапорщик милиции в отставке).

Олег Халтурин имеет награды как лучший стрелок среди спецподразделений Свердловской области. Выступал за команду ГУ МВД на областных (первые места) и региональных чемпионатах (второе место в личном зачете и третье в командном) и на чемпионатах ГУ МВД России по стрельбе из боевого оружия, где занимал первые места. Есть государственные награды за службу в Афганистане и ведомственные награды за Чечню.

— В Грозном были вместе с Димой (Козьминых, — прим. 66.ru). Подрывались на фугасе. Получили контузию. Осколки рядом пролетели. У меня льготного исчисления службы 25 лет. Шесть с половиной лет в льготном отчислении — это только Афганистан. В ОМОНе я 12 лет, — рассказывает Халтурин.

— Я 13 и 6 отработал в ОМОНе. Служил в бригаде специального назначения. Тоже попал в Грозный в первые дни конфликта. Первая кампания. С армии сразу пришел — и в МВД, в ОМОН. И вторая кампания тут началась. От 8 до 10 командировок в Грозный, — говорит Дмитрий Козьминых.

Максим Турлов работал в ОМОНе с 1997 года. Около десятка командировок. Есть ведомственные и две государственные награды: «За отвагу», «За заслуги перед Отечеством» второй степени. Наградили по распоряжению президента Путина. Сниматься для репортажа не стал.

— Очередь была сформирована в 2005 году. До 2010 года правительство обещало обеспечить нас жильем. На 2005 год в очереди было порядка 280 человек. Очередь формировали в ГУ МВД РФ по Свердловской области, — рассказывает Олег Халтурин. — В 2012–2013 дали деньги из федерального бюджета для МВД. Эти деньги передали в ГУ МВД по Свердловской области. Целевое назначение — это строительство жилья для нуждающихся сотрудников. В апреле — мае 2012 года сдали дом на Крауля, 93. 2 подъезда, 16 этажей. 30 мая 2012 года происходит распределение жилья. И конкретно моей семье предлагают две комнаты в трехкомнатной квартире. То есть коммуналку. Хотя государство выделило эти деньги на всех, на индивидуальное жилье. Они попытались в построенный дом запинать как можно больше народу.

— Вы могли отказаться?
— Нас поставили перед фактом: в случае согласия мы снимаемся с очереди и больше претензий не имеем. Если ты не соглашаешься, то остаешься в очереди, но собственное жилье уже не получишь. Получишь служебное, когда сдадут следующий подъезд. Приватизация заканчивается 1 марта, а следующий подъезд дома сдается в 2014 году. Вот и думайте. В такую ситуацию поставили не только меня, но и других сотрудников. В общем, я согласился. Потому что положение безвыходное. Или я сейчас что-то беру и сумею добиться перевода в собственность, или беру потом, но остаюсь в ведомственном жилье. А что будет дальше — неизвестно. Может, нас выселят. Отдадут жилье другим сотрудникам.

— Распределение произошло 30 мая 2012 года, договоры найма нам выдают только 21 января 2013 года. А до конца приватизации осталось полтора месяца. Зачем они тянули? Практически 8 месяцев протянули! Я считаю, что умышленно. Чтобы часть народа не успела приватизировать, и осталось это в собственности ГУ МВД, — говорит другой бывший сотрудник ОМОНа.

— Сейчас нам надо судиться за право собственности с ГУ МВД и с администрацией города. 25 октября 2012 года показуху устроили перед Москвой. Сдали дом, вручили ключи, приезжало начальство из Москвы (заместитель министра внутренних дел России Игорь Зубов, — прим. 66.ru), нагнали несколько десятков человек. Военнослужащий был, женщина какая-то — вручали якобы ключи от квартиры очередникам. Хотя на самом деле никто заселен тогда еще не был. Это было в октябре 2012 года. Отчитались перед Москвой: дом сдан, люди заселены.

— Почему так долго не могли получить жилье?
— Меня вообще снимали с очереди. Я даже судился с тыловой службой. Юристы ГУ МВД дошли до Верховного суда. Верховный суд определил мое право на получение жилья. Мое и моей семьи. Думаю, что многие судились так. И там была написана коллективная жалоба в прокуратуру, по этой теме. Насколько я помню, там были ребята из СОБРа, с ОМОНа, из Свердловского гарнизона, порядка 20 человек. Я видел полный список у следователя.

— Почему другие жители дома не идут в суд, если проблема с приватизацией коснулась всех?
— Кричать-то только мы начали — инициативная группа пенсионеров. А действующие сотрудники согласны на любые условия, лишь бы не начали на них давить. Они согласны на любые условия, лишь бы их не уволили, не начали на них давить. А нам терять уже нечего. Год уже все это длится, с помощью депутатов Торощина, Субботина пытаемся доказывать свое право. Мы хотим получить свое, то, что заслужили. Там 32 семьи — только ОМОНа. Вообще там порядка 158 жилых помещений. В получении права собственности нам отказали в письменном виде. Сейчас мы собираем документы. Причем все эти справки — платные. Будем обращаться в суд. Нам нужно сейчас в суде доказать право собственности, через договор.

— Деньги из федерального бюджета выделялись на МВД, пришли в ГУ МВД области, в тыловую службу. Тыловая служба заключает договор строительства со строительными компаниями. Не учитывая количество членов семьи, хотя это все прописано в жилищных делах, и начинает строить. Дом они построили. Чей дом? Они-то его оформляют как ведомственное жилье, раз они подрядились и построили его. Но не учитывается то, что деньги выделены из федерального бюджета конкретно на обеспечение сотрудников и их семей.

— То есть по закону квартиры должны были перейти в вашу собственность, но, проще говоря, вас обманули?
— Да. Они пояснили так: мы вам все подготовим, переведем в муниципальную собственность, вам останется только подать документы на приватизацию. Вот сейчас это все делается, буквально месяц, нам обещали, второй месяц — мы ждем, третий месяц… Потом ждали ко Дню милиции, потом — ко Дню ОМОНа.

— Что будет, если это жилье останется в собственности МВД? Вас могут выселить?
— Я разговаривал с юристом. Может сложиться такая ситуация, что его просто ГУ МВД продаст другому собственнику, и все. И я тогда буду нанимателем у другого собственника. У нас никаких гарантий на будущее нет, могут и попросить освободить жилье. Говорят, бывает и такое. Всякое может быть — раз ты не его собственник.

— Как в МВД относятся к тому, что собственные сотрудники подают на них в суд?
— Им все равно. Они вообще смеются над нами. В МВД дали нам уже готовые бланки. Сказали: заполняйте бланки и подавайте на нас в суд. По такому шаблону они и работают. И до нас дом сдавался — те четыре подъезда — они так же приватизировали. Через суд переводили в жилую собственность.

— Я буду подавать заявление в районный Верх-Исетский суд. Но одна справка делается неделю-две, прописка делается еще две недели. Ситуация сейчас очень напряженная. Все хотят успеть до конца приватизации. Мы бы хотели, чтобы депутаты Госдумы продлили срок приватизации и дали нам возможность спокойно все это сделать.

— А по-человечески вы пытались договориться с руководством?
— Не хотят слушать даже. Не хотят видеть нас. У меня семья из 4 человек. Мне дали квартиру меньшей площадью, потому что дочь у меня не родная, удочеренная. Ее не посчитали. Я через юриста все законы поднял: они не имели мне права отказать в четвертом человеке. Я сейчас буду подавать в суд. Плюс ребенок-инвалид с ДЦП —, а мне дали 10 этаж, лифт не работает. Как нам подниматься до 10 этажа? Они незаконно это сделали — это все через суд сейчас доказывать. Мне говорят: на ребенка надо собрать справки, хотя он стоит на учете до 18 лет. Есть справка, где сказано, что ребенок — инвалид. Но они не хотят слушать, — говорит Турлов.

— Обещали обеспечить еще в мае 2012 года. Такое ощущение, что сознательно тянули. Никто нам ничего не хочет объяснять. Каждый раз говорят: завтра. С сотрудниками не общаются. Чтобы пообщаться, надо записаться на прием.

— То есть от руководства МВД вы уже ничего не ждете? Вся надежда на суд?
— Мы всю жизнь все сами, все зубами цепляемся, когтями вырываем. Если нам положено — почему нам не могут дать? Это же наше! Мы заслужили. Мы заработали. Мы же не четырехкомнатные апартаменты и зарплаты миллионные просим. Мы же свое забираем. Почему нам приходится зубами это все вырывать? Мы же потом под издевки попадаем: «Вы ходите, жалуетесь». Ну, а как? Почему моя семья должна жить в комнате 18 квадратных метров? У меня дочь взрослая, сын с ограничениями. Почему я должен доказывать?

— Почему в соседней, Челябинской области у ОМОНа проблем с квартирами нет? Жилье выдается на уровне губернатора. Все обеспечены жильем. В других регионах проводят ежегодный конкурс профмастерства среди сотрудников ОМОНа. Кто занял 1 место — тому в День ОМОНа дают ключи от квартиры. Я занимал два раза первое место по области по профмастерству. Получал пылесос, телевизор, — говорит Олег.

— У вас не было мысли отдать свои награды назад, государству?
— Я понимаю, когда ветераны Великой Отечественной войны отсылают свои награды. Но я думаю, что и это не правильно. На самом деле не президент, не Сталин и не Путин дают нам эти награды, а народ. Отсылать свои государственные награды, которые я заслужил? С друзьями, товарищами боевыми. Я служил на Северном подводном флоте. Ну отошлю я эти награды — и что? Покричат об этом сутки и забудут. А мне эти награды — на всю жизнь память.

В ГУ МВД нас заверили, что проблемы с приватизацией жилья у сотрудников нет. Более того — в главке делают все, чтобы помочь своим сотрудникам ускорить этот процесс.

— Приватизация была разрешена. Никаких препятствий нет и не могло быть. Специалисты главка выдавали договоры, справки для того, чтобы было приватизировано жилье быстрее, так как до 1 марта оставалось мало времени. Тогда был ажиотаж, поскольку срок был ограничен. Оставалось две недели. Но сейчас стало известно, что, возможно, могут продлить приватизацию еще на два года. В главном управлении, наоборот, заинтересованы, чтобы квартиры остались в собственности тех людей, которые работали или работают в органах внутренних дел. Ветераны всегда остаются нашими сотрудниками, пока сердце бьется, — сказал руководитель пресс-службы ГУ МВД РФ по Свердловской области Валерий Горелых.

Здесь также предоставили обращение других ветеранов, которые подтвердили, что в ГУ МВД им оказывают «действенную помощь в решении вопросов, связанных с приватизацией жилья». Скан приложения, подписанный от имени и.о. командира ОМОН С. Терехиным можно найти в папке с докуменатми по этому делу.

По поводу распределения жилплощади между сотрудниками ветеранам боевых действий посоветовали обратиться в жилищно-бытовую комиссию ГУ МВД.

— Нам хочется, чтобы людей не ставили в такое положение и оказывали содействие не в последний момент со стороны ГУ МВД, а тогда, когда это было нужно. Все должно быть для своих сотрудников, — отреагировали бывшие омоновцы на заявление главка. — Мы надеемся, что все-таки примут закон о продлении приватизации еще на два года. К тыловой службе обращение у нас есть: чтобы они дали возможность действительно вселиться в новый дом. Сейчас мы все еще живем в общежитии.

Фото: Дмитрий Горчаков для 66.ru