Раздел Общество
15 февраля 2012, 14:00

Из обывателей в судьи. В чем проблема свердловского суда присяжных?

Почему законодатели не хотят, чтобы «люди с улицы» судили экономические преступления и дела о бандитизме, — читайте в материале 66.ru.

Судом присяжных рассматриваются серьезные уголовные и экономические преступления, в качестве наказания за которые предусматривается лишение свободы сроком до пожизненного. Материалы таких дел порой составляют более ста томов. В 2011 году присяжные вынесли приговор по так называемому делу Федулева, материалы дела составили 138 томов. Присяжные судили подельников бывшего бизнесмена, который обвинялся в организации серии убийств и рейдерском захвате сразу нескольких предприятий, как местных, так и московских. Скоро в Свердловском областном суде будет рассматриваться еще одно громкое дело, на этот раз экономическое. Перед судом предстанет экс-мэр Североуральска Юрий Фролов, обвиняемый в вымогательстве взятки в крупном размере. Мы решили выяснить, как действует суд присяжных и почему законодатели не хотят, чтобы «люди с улицы» судили экономические преступления и дела о бандитизме.

Списки кандидатов в присяжные заседатели определяются компьютером путем случайной выборки из списков избирателей. Присяжным может стать любой человек в возрасте от 25 до 65 лет, не состоящий на учете у нарколога и психиатра, которому самому никогда не приходилось бывать на скамье подсудимых. Если в ходе процесса выяснится, что хоть одно из этих требований нарушено, коллегию присяжных распускают и суд начинает рассмотрение дела сначала.

Теоретически каждому из нас может прийти повестка из суда с предложением принять участие в процедуре отбора присяжных. Штраф за неявку не предусмотрен, так что многие просто не приходят. Другие, более сознательные, граждане отказываются по телефону. Иногда письма из суда получают и сами судьи, но становиться присяжным им запрещено законом.

Те, кто все-таки доходит до суда, а это, как правило, человек 40 из 200-300, должны «предельно честно» ответить на ряд стандартных вопросов. «Были ли вы или ваши родственники ранее судимы?», «Знаете ли вы что-то о деле из средств массовой информации?», «Сложилось ли у вас определенное мнение по поводу дела?», «Можете ли вы в течение одной-двух недель (примерный срок рассмотрения дела определяется сразу) отпроситься с работы?»...

Как правило, услышав последний вопрос, большинство кандидатов в присяжные поднимают руку, подходят к судье и заявляют, что не могут принять участие в процессе. У кого-то маленький ребенок, которого не с кем оставить, кого-то ни за что не отпустит начальник, потому что на носу сдача важного проекта.

Сергей Плотников, судья Свердловского областного суда:

— Когда девушке задали вопрос, сможет ли она отпроситься на работе, она промолчала, может, из-за робости или стеснительности, а на следующий день просто не пришла, и все. И телефон отключила. Позже мы узнали, что ее не отпустили на работе. Я говорю: ты бы мне сказала, я бы переговорил с руководителем. Для руководителей, которые препятствуют явке работника в качестве присяжного заседателя, предусмотрена административная ответственность. И я сразу в первый день потерял одного присяжного.

За практику Свердловского областного суда был только один случай, когда кандидат отказался становиться присяжным, потому что «сомневался в себе» и «не был уверен, сможет ли вынести правильное решение, осудить человека». Случаи, когда люди из страха отказываются рассматривать громкие дела, в которых на скамье подсудимых оказывается целая банда, случаются довольно редко, говорят в суде. На время рассмотрения дела присяжные получают ту же защиту, что и профессиональные судьи.

Дмитрий Горчаков, бывший присяжный:

— Когда я был присяжным, запугиваний и угроз не было. Но был такой случай. Присяжных должны охранять в суде — их сопровождают судебные приставы. Столовая в суде одна, и в перерывы на обед нас отпускали обедать туда же, куда ходили адвокаты и прокурор. При этом пристав в таких случаях нас сопровождал не всегда. Нас просто предупреждали, что разговаривать с участниками процесса не стоит. Но короткие разговоры случались. Однажды один из адвокатов задал вопрос присяжному — у них оказался общий знакомый. Это был совершенно невинный разговор, не влияющий не дело. Тем не менее он немного затянулся, и несколько присяжных стали тому свидетелями. Они рассказали мне как старшине, а я в свою очередь решил рассказал об этом судье. Дело в том, что перед каждым заседанием судья спрашивает старшину, не было ли случаев давления на коллегию и общения между участинками процесса во время перерыва. Чтобы снять опасения, что сам адвокат может использовать этот эпизод как процессуальное нарушение (дело в процессе у подсудимых шло к обвинительному вердикту, это все понимали), я рассказал о случае судье, все занесли в протокол, и эпизод был исчерпан.

После того, как определяется примерный список присяжных, необходимо сделать запрос в информационный центр, чтобы проверить, нет ли на самом деле у кандидатов судимости или психических заболеваний, не состоит ли он на учете в невродиспансере. Но на деле, признаются в суде, к этому подходят, скорее, формально. Все чаще верят на слово. Этим, кстати, нередко пользуются адвокаты, когда чувствуют, что решение будет вынесено не в их пользу. Если в ходе процесса выяснится, что хоть одно из требований нарушено, коллегию присяжных распустят и суд начнет рассматривать дело сначала.

В конце концов консультант отбирает 14 человек, из них 12 — основных и 2 — запасных. Подсудимый, его защитник, прокурор и потерпевший могут без объяснения причин вычеркнуть две фамилии из «основного состава». Это называется «немотивированный отказ».

Соотношение между пенсионерами, домохозяйками, людьми, не имеющими постоянного заработка, вопреки распространенному мнению, и людьми с высшим образованием и хорошей, высокооплачиваемой работой примерно одинаково.

Сергей Плотников, судья Свердловского областного суда:

— В списках коллегий примерно равное соотношение безработных, пенсионеров и предпринимателей, главных инженеров, журналистов, то есть людей с хорошим достатком. Поэтому нельзя сказать, что те, кто не имеет работы, стремятся попасть в присяжные. Среди 14 человек — 1-2 могут быть безработными, еще 1-2 — пенсионеры, бюджетники, люди, работающие в частных фирмах, предприниматели, коммерсанты. То есть в коллегии присяжных бывают представлены практически все слои населения. Естественно, что те, кто не имеет постоянного заработка, соглашаются охотнее. Но становиться присяжным чаще, чем раз в год, запрещено.

За работу присяжным выплачивается половина оклада судьи, который составляет 23 тысячи. Деньги присяжный получает пропорционально отработанным дням, при этом сумма не должна быть меньше зарплаты, которую он получает на месте работы. Так что если письмо от суда придет, скажем, сотруднику крупной промышленной компании, на счет которого каждый месяц падает зарплата в 50 тысяч рублей, то суд должен выплатить ему столько же...

Дмитрий Горчаков, бывший присяжный:

— Не помню точно, сколько я получал в суде, но в то время я работал в Академии наук молодым ученым, и та оплата, которую предлагал суд, была выше, чем моя зарплата. Это примерно 500 рублей в день. Деньги платили за каждый день, что нас вызывали в суд, будь то весь день или всего 15 минут. Последнее бывало, когда кто-то из свидетелей не приходил, и заседание суда переносилось. Выплачивали деньги в конце месяца. Вся коллегия, включая запасных присяжных, дружно выстраивалась в очередь к кассе и получала наличку по документам, сформированным канцелярией, о днях нашего присутствия в суде.

Российские присяжные — это прежде всего судьи факта.

У нас, в отличие от американской системы, не принято раскрывать перед присяжным все карты, разьяснять все процессуальные вопросы, пускать на допросы, возить на место происшествия, говорить о прошлом подозреваемого или выносить на обсуждение грязное белье потерпевшего.

Задача присяжных заключается лишь в установлении вердикта, состоящего из перечня четких ответов на прямые вопросы, касающиеся существа рассматриваемого дела.

Дмитрий Горчаков, бывший присяжный:

— К концу процесса чувствуешь себя винтиком судебной системы, «черным ящиком», которому на входе дают отфильтрованную и пережеванную другими информацию, а на выходе ждут лишь нолик или единицу в качестве ответа. Возможностей расширить поток информации на входе очень немного. Возможностей обозначить свое мнение, чтобы его не округлили до нуля или единицы, — еще меньше. О том, насколько этот процесс далек от выяснения всей правды по делу, я вообще молчу. Мы лишь устанавливаем некоторые факты, которыми у нас интересуются. Верю — не верю, да и только. Тем не менее, этот «черный ящик» делает возложенные на него обязанности неплохо. Думаю, что его роль и возможности в судебной системе надо расширять, повышая тем самым ее непредвзятость и доверие к ней.

Несмотря на довольно жесткие правила, нередко адвокат оговорится, что в прошлом у потерпевшей были проблемы с наркотиками, или сам подсудимый расскажет, что он уже был судим и теперь на него как человека, лишенного доверия, следствие хочет повесить всех собак... «Уважаемые присяжные заседатели! Вы не должны в совещательной комнате принимать во внимание эти доводы, поскольку они не относятся к обстоятельствам дела», — говорят обычно в таких случаях в зале суда. Для присяжных подсудимый должен быть чистым листом бумаги.

Сергей Плотников, судья Свердловского областного суда:

— На мой взгляд, перед присяжными надо показывать все, потому что рано или поздно они все равно все сами узнают. Допустим, в Америке перед присяжными все обсуждается, им представляют все материалы дела, от первого до последнего листа, в том числе, как именно были получены те или иные доказательства.

Понять логику присяжных, ответить на вопрос, почему они выносят тот или иной вердикт, практически невозможно. В начале процесса, как правило, все настроены позитивно. Но проходит день, второй — и мнение присяжных может измениться на прямо противоположное...

Попадаются и так называемые присяжные-физиономисты. Для таких людей достаточно одного взгляда на подозреваемого, чтобы определить — виновен! И никакие объективные доказательства их уже не убедят в обратном.

В других случаях решение присяжных может быть ясно уже на этапе допроса потерпевших. Заходит в зал пятилетняя девчушка, а на скамье подсудимых сидит обвиняемый в изнасиловании, и на лицах присяжных уже написано, какое решение они примут в совещательной комнате.

Сергей Плотников, судья Свердловского областного суда:

— Суд присяжных — это театр, и люди в нем — актеры. Очень многое зависит от того, как выступят стороны: прокурор, адвокат. Но прокуроры, как правило, пока не готовы к публичным выступлениям, в отличие от адвокатов. Здесь важно все: от костюма до интонации.

Заслушав стороны, присяжные уходят в совещательную комнату. Здесь они проводят как минимум 3 часа, но бывало, что обсуждение затягивалось до 6 часов.

Если хотя бы 6 из 12 присяжных выносят оправдательный вердикт, это считается оправдательным приговором. За всю историю работы присяжных в Свердловском областном суде было вынесено не больше 10 оправдательных приговоров из общего числа рассмотренных дел (примерно 100).

Несколько лет назад в Свердловском областном суде рассматривалось дело об убийстве уже немолодой женщины, застреленной из охотничьего ружья. На скамье подсудимых — взрослый сын ее мужа, которому она приходилась мачехой. После смерти мужа женщина осталась жить в его квартире, на которую претендовал пасынок. Чтобы решить квартирный вопрос, мужчина взял ружье и, когда мачеха была на даче, приехал и застрелил ее. В этот момент к матери приехал ее родной сын. Чтобы не оставлять свидетелей, мужчина застрелил и его, — такова версия следствия. Но прокурор не смог предоставить убедительные доказательства, что оружие, из которого были произведены выстрелы, принадлежало обвиняемому. «Мы понимаем, что он подонок, но доказательств его вины недостаточно», — решили присяжные и вынесли оправдательный приговор.

Еще одно дело — об убийстве молодой женщины и ее трехлетней дочери. Экспертиза показала, что перед смертью ребенок был изнасилован. На скамье подсудимых — бывший сожитель. Сначала он дал признательные показания, но позже от них отказался и настаивал на своей невиновности. Доказательства, представленные на суде, — отпечатки пальцев обвиняемого, найденные в квартире, и экспертиза... воздуха, которая показала, что подсудимый был в квартире в день убийства. Данные не убедили присяжных, и они вынесли оправдательный приговор.

Сергей Плотников, судья Свердловского областного суда:

— Скорее всего, многие просто не поняли, как можно провести экспертизу воздуха. Что уж говорить о других делах, например, о взятках, терроризме, бандитизме. Даже специалист не всегда может определить, есть здесь банда или нет. «Бандиты» в бытовом понятии резко отличаются от уголовно-правового понятия «бандитизм». Понять терминологию, которая используется в экономических делах, также довольно сложно, поэтому коррупционные дела также предлагается убрать из списка дел, подсудных присяжным заседателям.

Когда у профессионального судьи, разбиравшего дело, спросили, какое бы решение он принял, то он ответил, что, во-первых, признал бы виновным, а во-вторых, определил бы 20 лет тюрьмы. Обжаловать решение суда присяжных нельзя (разве что по процессуальному основанию, то есть если во время заседания была допущена какая-то формальная ошибка), в отличие от решения, вынесенного судьей единолично.

Рассказ о том, каково это — быть присяжным заседании в деле о четырех убийствах, читайте здесь.

Рисунки: Анна Мотовилова для Портала 66.ru.