Раздел Политика
20 июля 2012, 19:05

Владимир Мостовщиков: «Я сожалею о том, что я ухожу»

Владимир Мостовщиков: «Я сожалею о том, что я ухожу»
Фото: Анатолий Ефремов, 66.ru
О своих безоблачных перспективах, об отношении к партии власти и о том, почему он уходит, глава облизбиркома поведал Порталу 66.ru в студии радиостанции «Эхо Москвы Екатеринбург».

Председатель областной избирательной комиссии Владимир Мостовщиков 17 лет оперировал статистическими данными на выборах Свердловской области. Недавно подал заявление об отставке. Все ждали от него слов «Я ухожу» и дождались.



— Владимир Дмитриевич, как себя чувствуете после травмы?
— Ну, нормально. Как видите, с вами на равных. (Врачи рекомендовали Владимиру Мостовщикову из-за травмы не садиться, поэтому в знак солидарности с главой облизбиркома Маргарита Балакирская провела интервью стоя).

— Что произошло?
— Ну, банальный перелом позвоночника. Травма достаточно распространенная.

— Неужели вы прыгали с парашютом?
— Нет, более прозаический случай. Точнее, как в классическом фильме: поскользнулся, упал неудачно, камень оказался прямо под позвонком конкретным. Вот и все, вся история.

— А как вы в машине передвигаетесь?
— Лежа.

— Откидываете сидение просто и едете?
— Ну конечно.

— Как отреагировали ваши коллеги на такую сенсационную новость?
— Ну как? Им пришлось стол мой поднять на необходимую высоту, чтоб я мог за ним работать, а все остальное для них осталось без изменений.

— Я имею в виду сенсационную новость о вашей отставке. О том, что вы решили уйти с поста председателя Облизбиркома.
— Ну, конечно, этот вопрос непростой. И я бы лукавил, если бы сказал: подумаешь, ну ухожу. На самом деле, конечно, я сожалею об этом, но нужно быть честным перед собой прежде всего, ведь у каждого человека вырабатываются по жизни определенные принципы, подходы к тому, как он трудится, что и как он делает. Вот мои принципы — это многие вопросы решать при непосредственном своем участии. Вникая в существо тех проблем, которые возникают в том или другом городе, районе, на тех или других выборах. Это не кабинетная работа. Понятно, что с такой травмой заниматься выборами невозможно.

— Вы имеете в виду те выборы, которые накроют область на треть уже совсем скоро?
— Вот буквально в прошлое воскресенье были выборы главы в Ачитском городском округе. Выборы непростые. Я вспоминаю 2010 год, были выборы главы в Ирбитском районе. Всю кампанию я провел там. Казалось бы, что мне там делать, председателю областной комиссии? Но я считал для себя долгом непосредственно вникать во все дела и помогать комиссии проводить кампанию так, чтобы никаких претензий не было. Сейчас в Ачите я не смог лично принимать участие, хотя, конечно, у меня есть скайп, я могу связаться в любую минуту с любым председателем на территории нашей области. Но все равно это не то. Другое дело, когда ты приезжаешь, садишься за стол и начинаешь решать проблемы. А сидеть мне сейчас не рекомендуют врачи. Ехать за 200 км с такой травмой, наверное, это риск серьезный, и возникает простой вопрос: значит, ты не можешь нормально выполнять свои обязанности? Пока надо было мне лежать, я был в отпуске. Отпуск закончился, я вышел. Неделю поработал, понял: невозможно так работать. Вот и все.

— Если бы выборов сейчас не было, вы бы ушли на больничный, а потом вышли бы снова на работу?
— Знаете, это категория дискуссионная: если бы да кабы. Я ее никогда не использую.

— А знаете, почему мы задали этот вопрос? Это очень важный вопрос. Сейчас существует, конечно же, версия, как только эта новость появилась, о том, что это не полностью ваше решение. Позвольте, я приведу цитату из новости одного информагентства, таких цитат масса, я выбрала эту: «Как уверяют журналистов слухмейкеры, реальной причиной отставки стало неофициальное требование губернатора Евгения Куйвашева». Можете безжалостно опровергать.
— Не, вы знаете, ну, во-первых, как утверждают слухмейкеры, а второе — неофициальное требование. Это как понять? Я вообще этого не понимаю. Я могу сказать, что в моей деятельности было хорошей практикой всегда перед началом избирательной кампании докладывать губернатору. Я об этом докладывал Росселю, Мишарину и, естественно, Евгению Куйвашеву. Буквально недавно был назначен губернатором, я сразу к нему попасть не мог, поскольку я лежал. И как только я вышел на работу, я сразу же обратился с просьбой такую встречу осуществить, чтобы я ему мог доложить, что у нас происходит, какие у нас перспективы не только 2012, но и 2013 и последующих годов.

У меня был целый блок вопросов с документами, с информацией для губернатора, он сразу же откликнулся на мою просьбу, буквально через день назначил эту встречу. Мы встретились, я доложил ему, как оно есть, начиная с Ачитского городского округа и заканчивая 2017 годом, внес свои предложения по совершенствованию избирательной системы. Его это очень заинтересовало. Губернатор, когда я зашел, предложил мне присесть, я говорю: «Извините, я не могу сидеть». Он говорит: «Тогда я тоже буду стоять». И он совершенно разумно отнесся к этому вопросу, и когда я сказал, что я не могу так работать, он предложил: давайте подумаем, как дальше быть с вашей деятельностью, чем вы можете заниматься?

— Он официально предлагал вам стать его советником?
— Губернатор такое предложение сделал.

— Что вы ответили?
— Я вообще по жизни привык, когда мне предлагают, не надо отказываться, поэтому я не отказывался, но это дело перспективы. Я думаю, что забегать вперед вряд ли нужно. Наступит 1 августа, там будет видно.

— Ваша работа в качестве советника будет связана с избирательными кампаниями?
— Ну, учитывая, что я специалист в области как раз реализации избирательных прав, скорее всего, этой деятельностью я и буду заниматься. Начинать что-то другое, наверное, поздновато, хотя можно замесить, как в народе говорят, любой проект. Но учитывая, повторяю еще раз, свои знания и опыт, конечно, скорее всего, я буду заниматься именно этой сферой.

— Депутаты Законодательного Собрания проголосовали за вашу отставку. За — 26 человек, 14 либо против, либо воздержались, либо не голосовали. Приятно было, что нашлись люди, которые проголосовали против?
— Нет, вы знаете, во-первых, я просил депутатов не только в заявлении, но и выступая непосредственно перед ними, мою просьбу удовлетворить, поэтому как они проголосовали, это личное дело каждого депутата. Мне понравился сам разговор. Все годы моей работы были очень плодотворными, мы находились в тесном взаимодействии с народными избранниками, и у меня было только чувство благодарности депутатам за то, что никакие составы, никакие созывы никогда даже не пытались вмешиваться в работу Областной избирательной комиссии. И депутаты тоже высказали мнение, что нам было работать вместе комфортно. У нас было такое взаимное понимание этого вопроса и уважительное друг к другу отношение.

— Если бы большинство все-таки — представим эту фантастическую ситуацию — проголосовало против. Как юрист ответьте мне, что бы вы тогда сделали?
— Если бы депутаты не проголосовали, тогда пришлось бы этот вопрос решать членам Областной комиссии 1 или 2 августа, потому что, согласно закону, если законодательный орган меня не освобождает от обязанностей, это может сделать Комиссия. Но я говорил депутатам и, наверное, это тоже они учли, что мои полномочия члена Комиссии прекращает Законодательное Собрание, но мои полномочия председателя Комиссии прекращает сама Комиссия. Какая разница? На что это влияет? Все равно я буду работать председателем Комиссии до 31 июля.

— Следующий шаг за Центризбиркомом. Они назначат нового председателя Облизбиркома, правильно?
— Ну, не совсем так. Центральная избирательная комиссия предлагает кандидатуру из состава членов Комиссии.

— С юридической точки зрения ваши рекомендации не будут иметь значение, я понимаю. Но тем не менее кого бы вы хотели видеть в должности нового председателя Областной избирательной комиссии?
— Вы знаете, я правом рекомендации, вы правильно сказали, не обладаю и рекомендовать никого не буду. Есть порядок решения этого вопроса в Центральной избирательной комиссии, целое постановление этому посвящено. Политические партии могут вносить свои кандидатуры, и они будут обсуждаться в Центральной избирательной комиссии. И в итоге Центризбирком голосованием будет решать, кто из кандидатов наиболее достоин и кого рекомендовать. Такая процедура. Если меня спросят, тогда я свое мнение выскажу. Пока меня никто не спрашивал.

— В Облизбиркоме, будучи председателем, вы всегда исполняли указания Центризбиркома или были моменты, когда вы не соглашались?
— Вообще бывали дискуссии у меня с Центризбиркомом.

— Вы про Чурова уже говорите конкретно или раньше тоже?
— Ну, почему? Например, была ситуация в 1999 году. Центральная избирательная комиссия отменила наше решение по отмене регистрации Буркова в кандидаты в депутаты Государственной Думы, а мы это решение опротестовали в Верховном Суде и выиграли. Громкое дело было. По сути, мы пошли против Центризбиркома.

— Есть выражение «плох тот солдат…» и т.д. У вас никогда не возникало желание стать генералом и возглавить — не то что войти, а возглавить — Центризбирком?
— Нет, желания возглавить Центризбирком у меня никогда не было. Предложения войти в его состав делались неоднократно с 1998 года, но я всегда руководствовался интересами дела и понимал, что Центризбирком — это не тот уровень, на котором я могу эффективно работать. Я никогда не соглашался на эту работу и никогда не мечтал быть председателем Центризбиркома, хотя однажды у меня был конфликт с Иванченко. В 1998 году он буквально заподозрил меня в том, что якобы мечтаю вместо него стать председателем Центризбиркома.

— Удивительно, что вы его на своем посту пересидели.
— Мы с ним как-то быстро решили все разногласия, в течение 5 минут выяснили, что я не претендую на то, чтобы стать председателем Центризбиркома, и он успокоился, и больше у нас дискуссий на эту тему не возникало.

— Маятник качался за эти годы то так, то этак. В связи с этим вопрос от коллег с Портала 66.ru: как вы оцениваете тот факт, что в Россию вернулись прямые выборы губернаторов?
— Я приветствую возврат прямых выборов. Я всегда считал, что выборы — это самый эффективный метод формирования власти на всех уровнях.

— А что изменится в нашей стране после этого?
— Вы знаете, уже, наверное, потребности общества сегодня более весомые, более серьезные. Мы сами хотим влиять на то, как формируется в стране власть.

— Вдогонку вопрос от коллег с Портала 66.ru как раз по этой теме. Многие изначально говорили, что это демократический ход (имеется в виду, возвращение к прямым выборам, выборам губернаторов), а назначение губернаторов — это был уход от демократии. Вообще, по вашему мнению, демократия других стран применима к России или у нашей страны собственный путь?
— Действительно, у каждой страны свой собственный путь, и каждая страна должна учитывать особенности менталитета своего народа, исторические традиции, обычаи. И так просто брать чью-то практику, насаждать на территории нашей страны, я считаю, не совсем правильно. В то же время нельзя не использовать тот опыт, который есть в мире, ведь сколько столетий уже существует демократия. И нельзя говорить, что мы должны изобретать велосипед и на этом велосипеде пытаться там куда-то двигаться. Надо использовать передовой опыт, но с учетом своих особенностей, поэтому, конечно, я скажу, что у России свой путь.

— Есть такой очень известный человек Леонид Волков. Как известно, он не смог избраться. Он даже не смог зарегистрироваться, потому что часть подписей забраковали. И сторонники Волкова говорят о том, что невозможно все сделать идеально, даже подписи, заверенные нотариусом, могут отправиться в корзину, лишь бы этого захотел кто-то наверху. Что вы им ответите?
— Вы знаете, нотариусы заверяют сам факт подписи, а не ее достоверность. Я приведу пример из прошлых выборов, когда отказали Волкову, тогда у нас число отказов было в 4 раза меньше, чем число зарегистрированных по подписям. Вопрос: почему они собрали, а эти не могли собрать? Ну почему? Был случай на декабрьских выборах по Каменск-Уральскому округу: приехала женщина из Москвы, специалист Федеральной службы рыбоводства, вообще чужой человек. Она представила в Окружную комиссию идеальные подписи, идеальные. Значит, это можно сделать. Ответ, с моей точки зрения, очень простой: недобросовестная работа сборщиков подписей.

— В деле с нерегистрацией Волкова оказывалось ли на вас давление?
— Да ну. Многие коллеги из других субъектов федерации, с которыми я встречался, говорили мне: «То тут пытаются вмешиваться, то там». А когда я им отвечал, что у нас вообще никто не вмешивается, мне не верили. Никто и никогда мне не указывал на то, как мы должны работать.

— Что вы можете ответить тем людям, которые упрекают Облизбирком в якобы, по их мнению, фальсификации результатов выборов?
— Вы знаете, я всегда и всем говорю только одно предложение: пожалуйста, дайте хоть один пример фальсификации. Но пока никто ни одного примера не дал.

— Другие люди скажут: «А почему Мостовщиков так «Единую Россию» не любит, которая в Екатеринбурге в декабре набрала меньше 30%. За что вы их так?
— Ну, вы знаете, другие говорят, что я работаю на партию власти, только на партию власти и работал все эти годы.

— А вы не работали на партию власти?
— А я вот вам приведу конкретные факты из нашей области. У нас до 2003 года на выборах участвовали областные общественные политические объединения, блоки создавались. И одно из этих объединений возглавлял Эдуард Россель. На выборах в Областную думу по партийным спискам его объединение никогда не получало больше 40% голосов. Был даже конкретный пример в 1998 году, когда они с треском проиграли областные выборы и получили всего 2 мандата. Председателем областной комиссии был тоже я. Наше дело — организовать процесс в строгом соответствии с законом. Добиваться признания избирателями — это дело кандидатов и политических партий. Как вы сработали — столько и голосов. Любим мы «Единую Россию», не любим мы «Единую Россию» — результат от этого не зависит.

— А как вы относитесь к назначению Игоря Холманских на должность полпреда?
— Ну, как я могу относиться? Это решение президента.

— Но вы же человек, у вас свое мнение есть.
— Для того, чтобы выработать какое-то отношение к этому, нужно иметь хотя бы какой-то практический опыт взаимодействия с конкретным человеком, который назначен на эту должность.

— Вы с ним вообще не знакомы?
— Он только назначен на эту должность. Я думаю, будущее покажет или не совсем, хотя с моей точки зрения, он уполномочен, он принял такое решение. Его право.

— И вопрос от коллег из 66.ru: Владимир Дмитриевич, вы являлись руководителем Облизбиркома 17 лет, срок достаточно солидный. Вы видели всю систему становления выборов на Урале. Плюсы и минусы, что вам нравилось, что не устраивало? Если можно, конечно, коротко.
— Я неоднократно все эти годы говорил о том, что хорошо бы вернуть институт группы избирателей, который обладал бы правом выдвижения кандидатов на разных уровнях выборов. Когда собираются люди в свободной обстановке, в условиях отсутствия какого-либо давления, они могут своим решением выдвинуть достойного человека или достойную группу лиц для избрания в тот или иной орган. Мировая практика такие случаи знает, в том числе, например, Федеративная Республика Германии. Почему бы нам не использовать то, что у нас было когда-то и работало успешно?

— Все-таки, Владимир Дмитриевич, признайтесь, вы ушли из-за низкого процента в области в декабре? Ну, не могли они набрать так мало без вашей помощи!
— Меня всегда это развлекает, когда говорят: «В кармане Мостовщикова есть 5–10% в пользу того или другого кандидата конкретной партии».

— О, это известная шутка.
— Это от непонимания того, чем занимается Избирательная комиссия, какой круг ее полномочий. Проценты той или иной партии никакой роли никогда не играли и играть не могут.

— И последний вопрос все-таки от меня. Владимир Дмитриевич, когда вы вспоминаете эти 17 лет в должности руководителя Облизбиркома, есть что-то, о чем вы жалеете?
— Ну, наверное, главное, что не все удавалось сделать, что задумывалось. Были какие-то обстоятельства, которые мешали реализации. Конечно, можно было бы работать лучше.

Фото: Анатолий Ефремов, 66.ru