30 сентября 2009, 17:31

Выбор редакции

Между Уктусским лесопарком и Нижнеисетским прудом построят высотный квартал на 6000 жителей
Администрация Екатеринбурга разрешит безвозмездно передавать имущество города малому бизнесу
Одинокий Евгений Куйвашев окунулся в купель шаговой доступности

Кризис позади

Россия вышла из рецессии, констатируют в правительстве. По мнению чиновников, главный риск сейчас — инфляция. Эксперты не столь категоричны.

Сегодня в очередной раз правительственные чиновники заявили, что Россия выходит из кризиса. «Можно говорить сегодня о том, что Россия вышла из рецессии, а также можно говорить о том, что сегодня мы проходим через определенную черту, после которой начнется рост инвестиционной активности», — сообщил вице-премьер, министр финансов РФ Алексей Кудрин.

Сложное выздоровление

По данным Минфина, приток частного капитала в экономику России во втором квартале 2009 года составил около 7,2 млрд долларов. «При этом приток прямых инвестиций сохраняется на уровне 8–9 млрд долларов в квартал», — сообщил Кудрин. По его словам, «это хорошая планка, чтобы возвращаться к докризисному уровню по увеличению притока». «Мы ожидаем увеличения инвестиций в основной капитал в ближайшие годы», — заявил Кудрин. «В 2010 году мы ожидаем рост на 1%, в 2011 году — 7,2%, в 2012−м — 10,4%. Мы напоминаем, что, может быть, он не будет так рекордно расти, как это было до кризиса, когда на многих рынках была эйфория, тем не менее мы имеем устойчивый рост, который нужно использовать эффективно», — добавил он. Оптимизм министра финансов поддержал и первый зампред Банка России Алексей Улюкаев, который сообщил, что «российская экономика прошла нижнюю точку падения производства и кредитования в мае этого года».

Однако, по словам чиновников, «кризис еще будет нас беспокоить». «Июнь, июль, август и сентябрь показывают неустойчивую динамику, небольшой рост, небольшое снижение. Это касается и валового внутреннего продукта, промышленного производства, ожиданий руководителей предприятий, кредитного портфеля банков», — заявил Улюкаев.

Пока рост еще слабый, антикризисные программы сворачивать нельзя, но ослаблять присутствие государства в экономике можно и нужно. Так, Кудрин напомнил, что на саммите G20 было принято консолидированное решение пока продолжать меры стимулирования экономики: «Правительства должны продолжать, еще не время выходить. Мы осторожно сохраняем все меры поддержки, но должны думать о том моменте, когда нам надо будет применять exit strategy». А премьер Владимир Путин заявил, что правительство будет последовательно продолжать линию на поощрение частной инициативы, интеграцию в мировое хозяйство, формирование благоприятного инвестиционного климата и активизировать процессы приватизации.

По мнению Улюкаева, в этой ситуации ЦБ предпринимает все, чтобы поддержать положительные тенденции: снижая ключевые ставки, он не только удешевляет кредитные ресурсы для банков и для конечных заемщиков, но и посылает сигнал о тех ожиданиях, которые он видит в экономике. Так, ЦБ принял решение с 30 сентября снизить ставку на 0,5% — до 10% годовых.

«Мы не исключаем возможности дальнейшего снижения ставок. Но не можем связывать себя обязательствами ни по сроку, ни по величине, ни по последовательности этих шагов», — добавил он.


График: журнал «Эксперт»

Между тем, как отмечается в последнем номере журнала «Эксперт», на фоне общего положительного тренда развития экономики кризис привел к расслоению отраслей на лидеров и аутсайдеров. Если взглянуть на динамику производства в 15 различных секторах промышленности, пользуясь последней подведенной на сегодняшний день статистикой августа, то можно заметить, что она весьма неоднородна. Первую группу из четырех отраслей (газ, уголь, чермет и химия) с V-образной формой динамики выпуска в последние 12 месяцев можно назвать «рабочими лошадками восстановления», именно они в основном отвечают за те положительные темпы роста промышленности, которые мы видели в июне-июле и, по некоторым подсчетам, в августе.

Вторая группа, с W-образной динамикой (глубокий спад — отскок — новый провал), — это пять отраслей (электроэнергетика, лес, стройматериалы, легкая, а также стекольная и фарфорово-фаянсовая промышленность), которые пережили, пожалуй, уже несколько попыток восстановления объемов производства или, если угодно, волн оптимизма, утыкающихся в спросовые ограничения и рост запасов нереализованной готовой продукции. Каких-то твердых признаков отрыва от дна здесь нет.

Две отрасли — цветная металлургия и машиностроение — пока проходят по категории «безнадеги», графики их производства с некоторой долей натяжки можно признать L-образными, но скорее там все же пока наблюдалось медленное, но поступательное движение вниз. Ситуация с цветной металлургией в принципе понятна — это более чем на три четверти экспортно ориентированная отрасль, ее динамика отражает кризис мирового автопрома и других потребителей в машиностроении.

Ну и, наконец, четыре отрасли (нефтедобыча, нефтепереработка, пищевая и мукомольно-крупяная) подтверждают, что есть, пить и ездить люди будут всегда, невзирая ни на какие кризисы. Физические объемы производства в этих отраслях последние 12 месяцев вообще практически не демонстрировали никакого снижения.

Главный враг — инфляция

Но разбираться в отдельных отраслях чиновникам некогда. У них давно и надолго найден главный враг — инфляция. Говоря о российских рисках, Кудрин и сегодня отметил, что самым серьезным из них остается высокая инфляция. По словам Кудрина, снижение инфляции и ставок кредитования до 5–7% будет равносильно снижению издержек предприятий примерно на 2% ВВП в год. «Мы ставим перед собой цель — сбить уровень инфляции практически в два раза, с прогнозируемых по итогам 2009 года 12 до 5–7% уже в 2012 году», — сообщил Владимир Путин. «Это самый короткий путь к сохранению доходов граждан, к доступной ставке банковского кредита для реального сектора», — объяснил он.

По мнению Бессонова, главный риск российской экономики, о котором говорят чиновники (высокая инфляция), несколько преувеличен. Во-первых, потому что инфляция — не основная проблема (доступ к деньгам, например, более животрепещущая тема), во-вторых, потому что рост цен в последние полгода очень невелик.

«На инфляции не надо зацикливаться, — считает Бессонов. — Китай рос высокими темпами при огромной инфляции, и Китай не исключение. В то же время в последние шесть месяцев мы не наблюдаем ускорения инфляции». Основных факторов стабилизации цен три: снижение индекса цен производителей (во многом благодаря снижению стоимости сырья и энергоносителей), стабилизация и даже некоторое укрепление рубля и снижение спроса в результате кризиса. «Исходя из этого я не вижу поводов для ускорения инфляции», — говорит Бессонов.

«Инфляция — это не основная проблема для бизнеса, но она снижает возможность прогнозирования, а это очень важно, — считает председатель совета директоров “Помидорпром-холдинга” Максим Протасов. — При высокой инфляции сложно предсказать динамику структуры себестоимости, формировать ценовую политику и работу с розницей». Бессонов добавляет также, что активный рост цен снижает горизонты инвестиционного планирования.