Раздел Банки
2 апреля 2012, 12:06

Константин Колтонюк: «Сейчас госконтракты выигрывает цена, а не качество»

В интервью Порталу 66.ru областной министр финансов рассказал о том, что держит в тонусе участников рынка госзакупок, а также как правительство будет модернизировать знаменитый «94-й закон».

Год назад функции контроля за заключением и исполнением госконтрактов в Свердловской области были полностью переданы региональному минфину. Изменения в подходе к мониторингу закупок, как произошедшие за это время, так и планирующиеся, стали основной темой нашего разговора.

«Работа «контролеров» с областными учреждениями помогла отрегулировать механизм закупок»

— Константин Александрович, с чьей подачи контроль госзакупок перешел к вашему министерству?
— Решение передать это полномочие от министерства экономики — министерству финансов было принято весной 2011 года. Мы выступили с этой инициативой, проанализировав ситуацию с закупками в других регионах, где функции контроля в сферах размещения заказов и расходования средств объединены в одном ведомстве. Это позволяет работать более результативно.

— И как теперь выглядит процесс контроля?
— Например, сотрудники минфина, которые занимаются финансовым контролем, анализируют эффективность расходования бюджетных средств муниципалитетов. Если фиксируется нарушение, они оперативно подают сигнал своим коллегам — в отдел контроля закупок регионального минфина. Затем сотрудники министерства начинают смотреть, что в этом конкретном муниципалитете происходит. Раньше «контролеры» больше работали с областными учреждениями, что помогло в основном отрегулировать механизм закупок. Руководители этих учреждений со временем научились выстраивать грамотную политику по заключению госконтрактов. К сожалению, с муниципалитетами такая система работы тогда не была налажена.

— Сейчас ситуация с муниципалитетами меняется?
— Когда в середине 2011 года мы начали с ними работать, увидели, что у большинства из них нет отдельных контрольных органов. Хотя 94-й закон (федеральный закон о госзакупках, — прим. ред.) предписывает им организовать такие структуры. Тут нужно подчеркнуть, что мы — и я всегда настраиваю на это своих подчиненных и коллег — не просто осуществляем контроль. Мы делаем все возможное, чтобы не допустить нарушений. Поэтому, кроме всего прочего, занимаемся методической помощью в организации контроля закупок, проводим консультации. В результате, если к концу 2010 года в области контрольные органы работали примерно в 30 муниципалитетах, то теперь такие структуры созданы практически везде.

«В 2011 году число штрафов за нарушения на госзакупках выросло в три раза»

— Можно сегодня говорить о том, насколько эффективнее стал процесс контроля?
— Смотря чем измерять эффективность. Сами госзакупки благодаря 94-ФЗ стали достаточно прозрачными. Подавляющее большинство контрактов заключается в свободном доступе на открытых электронных торгах. Мы, например, торгуем в основном на площадке Сбербанка. Если исходить из того, сколько штрафов мы наложили на заказчиков, то в 2011 году их число выросло в три раза. Но я еще раз акцентирую внимание на том, что в своей работе мы не ставим цель подвергнуть участников торгов некоей обструкции. Нам в первую очередь важно, чтобы их работа в этой сфере соответствовала законодательству, не могла причинить ущерб бюджету и конечным потребителям — пациентам в больницах, детям в школах и т.д.

Поймите, госзакупки не всегда подразумевают огромный масштаб и миллиардные контракты. Как раз именно такие крупные заказчики прекрасно разбираются в правилах, у них есть великолепные юристы, которые занимаются оформлением документов на закупки, потому и нарушения здесь единичны. Но если брать отдельные муниципальные школы, то там таких специалистов зачастую просто нет, а необходимость срочных закупок есть. И делаются эти закупки с нарушениями, никак не связанными со злым умыслом. В результате, когда штрафуешь директора такой школы на 30 тыс. рублей при цене всего контракта в 120 тыс. рублей, положительных эмоций точно не испытываешь. А думаешь, что научить в этой ситуации дешевле.

— Возможно, вы в курсе, планируются ли какие-либо нововведения в системе региональных госзакупок?
— Буквально на днях Владимир Власов (и.о. главы правительства, — прим. ред.) подписал распоряжение о совместных торгах для муниципалитетов. Суть в том, чтобы проводить однотипные закупки более 1 млн рублей централизованно через департамент госзаказа, чтобы снизить количество нарушений в муниципальных образованиях. Например, на строительстве и реконструкции крупных объектов, таких как перинатальные центры, ФОКи и ДОУ, объекты ЖКХ и другие.

— Есть ли какие-то типовые нарушения в сфере госзакупок, которые допускаются из-за незнания процедуры, юридической неграмотности?
— Больше всего ошибок мы фиксируем при оформлении документации. Также распространено нарушение, когда заключается контракт с единым поставщиком, а контрольный орган не получает уведомления об этом. Нередко мы выявляем так называемое дробление заказов в целях ухода от конкретных процедур.

«Интерес общественности к спорным закупкам держит в тонусе всех участников процесса»

— А какие нарушения совершаются преднамеренно?
— Есть ситуации, когда начальная максимальная цена на торгах анализируется не так подробно, как этого требует законодательство. Но сейчас областные заказчики требования знают и понимают. По ценам контрактов, конечно, бывают жаркие дискуссии, но создание департамента госзакупок Свердловской области позволило перевести эти дискуссии в конструктивное русло. Уверен, что количество «спорных» покупок минимально, но именно они вызывают повышенный интерес как журналистов, так и обычных граждан. Это, в общем-то, правильно. И держит в тонусе всех участников процесса закупок.

— Какие контракты сегодня находятся на особом контроле министерства?
— У министерства финансов есть два направления контролирующей деятельности: сами госзакупки и контроль за расходованием бюджетных средств. Второй блок более крупный и является для минфина приоритетным. Поэтому контролеры в первую очередь проверяют наиболее крупные объекты — стройки, масштабные капремонты, реконструкции. Сегодня очень внимательно смотрим, как расходуются субсидии, которые областной бюджет предоставляет муниципалитетам на строительство. В 2011 году практически во всех муниципалитетах прошла проверка исполнения контрактов по программе развития сети детских садов.
Также пристально контролируется использование бюджетных средств при закупках медтехники.

— Недавно СМИ активно обсуждали нарушения в реализации программы «1000 дворов». Какую ответственность понесут чиновники, их допустившие?
— Тогда минфином в ряде случаев были выявлены грубые нарушения законодательства о закупках. Среди нарушений: контракт был заключен с подрядчиком, включенным в реестр недобросовестных поставщиков, ненадлежащим образом оформлены поручительства исполнения контрактов. Также исполнители привлекали субподрядчиков за минимальную оплату, от чего страдало качество работ. Выявлены случаи оплаты работ, которые вообще не были предусмотрены контрактом. По итогам этих проверок представители муниципалитетов, допустившие нарушение законодательства о закупках, привлечены к административной ответственности.

— Сейчас много говорят о разработке федеральной контрактной системы. В чем ее суть? Как она может повлиять на заключение госконтрактов в области?
— Речь идет о возможности усовершенствовать систему госзакупок. Не секрет, что сегодня многие заказчики критикуют 94-й закон, поскольку он изначально позиционировался как средство против коррупции чиновников. Была задача избавиться от волюнтаризма при осуществлении закупок для муниципальных и государственных нужд, перевести госконтракты на прозрачную конкурсную основу. Если уж ты собрался покупать «Лэнд Крузер», то покупай его по рыночной цене, объявляй конкурс для нескольких поставщиков. В этом плане закон, безусловно, сыграл положительную роль. Но где-то есть перегибы. Самый яркий пример — когда на конкурс на законных основаниях приходят некомпетентные поставщики, защититься от которых крайне сложно. И вот эту «донастройку» планируется осуществить с помощью федеральной контрактной системы. Это документ, который уже полтора года разрабатывается Минэкономразвития, Минфином РФ и Федеральной антимонопольной службой. Мы надеемся, он даст заказчикам большую гибкость действий при сохранении прозрачности закупок. И еще один важный момент при создании ФКС — это шаг к тому, чтобы заказчик вырабатывал логику закупок хотя бы на несколько лет вперед. Чтобы и поставщики могли планировать работу, понимать точки возможного сбыта своей продукции.

«Грамотное техзадание пока остается основным средством защиты от недобросовестных поставщиков»

— Возвращаясь к проблеме недобросовестных поставщиков: как сегодня заказчики могут от них защищаться?
— Основным механизмом защиты пока остается грамотное и подробное составление техзадания. То есть важно не просто написать: «Хочу то-то и то-то», а в деталях расписать необходимые вам параметры, условия, максимально жестко прописывать обязательства поставщика. Можно также минимизировать авансы по определенным видам работ. Здесь логика такая: надежная крупная компания всегда имеет возможность выполнять работы за счет собственных оборотных средств. Кроме того, хочу обратить внимание на два очень важных момента. Во-первых, если исполнитель не выполнил контракт, то он попадает в реестр недобросовестных поставщиков и в течение двух лет не допускается к участию в торгах. Реестр является официальным документом, находится в свободном доступе, и к нему всегда можно обратиться, если у вас возникают те или иные подозрения. Во-вторых, всем известно, что для участия в торгах необходимо обеспечение: банковской гарантии, депозита и поручительства. Существуют посредники, которые помогают получить банковскую гарантию или поручительство за определенный процент. Среди них работают откровенные мошенники, которые делают в том числе фальшивые документы, и ФАС уже опубликовала у себя на сайте их черный список.

Хочу еще раз сделать акцент на том, что региональный минфин максимально заинтересован в эффективном и законодательно грамотном подходе к госзакупкам, поэтому готов оказывать любую методическую помощь. Особенно мы ждем вопросов от тех поставщиков и подрядчиков, которые участвуют в конкурсах и запросах котировок.

— Хочу заострить внимание на проблеме, связанной с авансами. В данный момент заказчики имеют право оплачивать работу поставщиков после оказания услуг?
— Вообще полная предоплата при госзакупках предусмотрена лишь по ограниченному количеству услуг. Например, при приобретении железнодорожных билетов. Во всех остальных случаях у заказчика есть право выплачивать не более 30% стоимости контракта в качестве аванса. Если речь идет о строительстве, реконструкции, то мы предлагаем принимать и оплачивать выполненные работы по этапам. Акты сделали, сверили — за то, что заактировано, заплатили. С другой стороны, 94-й закон упразднил важный момент во взаимоотношениях заказчиков и поставщиков. Раньше поставщик осознавал, что возможность получения следующего заказа напрямую зависит от того, насколько качественно он выполнит имеющийся. Поскольку сейчас почти все контракты выставляются на аукцион, то побеждает тот, кто предложит самую низкую цену. В этом, конечно, есть плюс — бюджетные средства экономятся. Но надежность исполнения контракта при этом под вопросом.

— Законопроект о контрактной системе регулирует этот вопрос?
— Да, законодатель пытается прописать в нем инструменты для предквалификации. Окончательно они еще не сформированы, но идеология законопроекта уже понятна. В том варианте документа, с которым мы ознакомились, у заказчика есть возможность направлять предложения организациям, которые имеют соответствующие опыт и репутацию. И потом среди этих организаций — а их может быть, допустим, пять или шесть — проводится конкурс. На нем уже участники конструктивно торгуются по цене, понимая, что есть объективная планка, ниже которой опускаться нельзя.

Статистику регионального минфина по объемам и основным направлениям госзакупок, а также количеству нарушений можно посмотреть здесь.