Раздел Авто
6 января 2015, 17:55

Масти Rosso Corsa: объезжаем необузданную Ferrari 458 Italia Spider

Масти Rosso Corsa: объезжаем необузданную Ferrari 458 Italia Spider
Фото: 66.ru
В дни Гран-при по олимпийской столице не только заезжие пилоты рассекали на суперкарах. Мы тоже дразнили местную ДПС адовым ревом восьми породистых цилиндров, сверкая глянцевыми боками оттенка Rosso Corsa. Красный. Гоночный.

Литераторы из автожурналов любят говорить, что они тестируют новые машины «на пределе». Правда же в том, что они прокатились вокруг квартала несколько раз и, может быть, заехали в паб.

Джереми Кларксон о Ferrari 458 Italia

Врать не буду: «предела» не было. Ближайший гоночный трек занят совсем другими Ferrari. Можно, конечно, было рвануть в сторону Джубги и дальше — по серпантинам. Но однажды я уже улепетывал там от местной полиции на уголовных скоростях. С тех пор я остепенился, стал законопослушен, богобоязнен, обзавелся семьей и бросил курить.

Вру, конечно. Не бросил.

Короче. Раз есть возможность, то стоит посмотреть на Ferrari 458 Spider с точки зрения банального прагматизма, езды по дорогам общего пользования. Благо из тех 10% проданных машин, которые уезжают за МКАД, вряд ли кто-то в итоге знакомится с апексами, траекториями, точками торможения и временем круга. Вот и мы не знакомились: солнце, море, машина с открытым верхом… Чего еще желать? Нечего. За руль!

458 Italia — классика суперкарного жанра: мотор (V8, угол развала цилиндров 90 градусов) — посередине, в пределах базы. Средняя секция крыши убирается в специальный отсек по соседству — за спинками кресел. Подвески — двухрычажная спереди, многорычажная сзади.

Посадка требует сноровки: машина очень низкая, распластанная и широкая. Кресло установлено на уровне пятна контакта колес с дорогой у иных внедорожников. Кресло не балует широким выбором регулировок, но оно изначально настолько анатомично, будто подстроено под мою фигуру, так что не хочется ни поддуть боковой поддержки, ни отрегулировать валики, обхватывающие бедра. А вот чего хочется, так это инструкцию по эксплуатации — чтоб разобраться в хитросплетении итальянской эргономики. Впору забывать все привычки. Всё. Мы не дома. Мы в другом мире.

негативная подпись Чтобы сделать «Италию» еще ближе к миру «Формулы-1», в Маранелло решили вынести максимум кнопок на руль. У Ferrari уже давно вообще нет привычных подрулевых переключателей, которые на обычных машинах отвечают за дворники, свет, поворотники. Italia — не обычная машина. У нее под поворотники приспособлено две клавиши, справа и слева от ступицы, под стеклоочистители — кнопка справа снизу, свет включается на противоположной стороне рулевого колеса.

Но все нюансы эргономики кажутся мелочными, как только нажимаешь красный спусковой крючок стартера. Мотор коротко фырчит голосом рассерженного барса, а потом… Все, что было до нее, — это в лучшем случае Dire Straits. 458 на низах в серединке — Слэш, а на верхах — вылитый Пласидо Доминго. Но чаще все-таки Слэш: италийский V8, как и положено атмосферному «вэ-восемь», до определенной степени груб, брутален. В полпедали он густ, под полным газом — чист и пронзителен.

Правда, на ходу это очарование не всегда очевидно: несмотря на кучу аэродинамических ухищрений потоки воздуха все равно проникают в салон. Уже после 80 км/ч ехать с опущенными окнами акустически дискомфортно. А с поднятыми — машина теряет, на мой взгляд, свой «спайдерный» шарм.

Поэтому опускаем крышу и окна; регулятор «Маннетино» — в «спорт», амортизаторы — помягче, правый лепесток на себя, чтобы включить первую передачу — и на прогревочный кру… Простите, к первому светофору. Гаснут огни, и я не удерживаюсь — ракетой срываюсь мимо Олимпийского парка, мимо туристов, зевак и хмурых гаишников. На ходу, во-первых, удивляюсь, как она… лояльна. Если кто-то думает, что Ferrari живут только при полностью открытой дроссельной заслонке, спешу разуверить: на ней можно кайфово и вальяжно катить без суеты и истерик. Подвеска неплохо переваривает редкие швы идеальных сочинских дорог, ветер лишь слегка треплет макушку.

Следом — второе откровение, обидное для одних и лестное для других. При наборе ритма 458 Spider напоминает мне… Porsche Cayman S. Конечно, штутгартский «Крокодил» не умеет так рвать асфальт задними колесами. Конечно, он не так эпичен на разгоне. Конечно, его шестицилиндровый оппозит не так мелодичен и породист. Но повадки двух среднемоторных и грамотно настроенных машин из разных лиг очень и очень похожи.

Italia — такая же правильная машина. С правильными повадками и правильной, молниеносной реакцией. Делает быстрее, чем ты думаешь. Поворачивает ровно на те градусы, которые ты задал, дает столько мощности, сколько ты велел, тормозит с тем усилием, какое ты ей сообщил. Между действием и реакцией — доли долей даже, а не секунды.

Возле хищно прищуренных змеиных фар видны воздухозаборники. Они ведут набегающий поток по специальным каналам, чем снижается подъемная сила над колесными арками. И это лишь одно из десятков аэродинамических ухищрений!

А еще 458 — взрослая машина. Без спецэффектов и мультиков, без истерик и взбалмошности. И еще. Несмотря на обилие умнейшей электроники, она не думает за тебя. Всегда ты даешь первый импульс, а она уже, где надо, подкорректирует. У нее есть порода, масть, норов, стать, но тон все-таки задает наездник.

Девочки огорчатся, но 458 Italia Spider — машина тяжелая. Правильно-тяжелая. Говорю же: масть! Порода! В ней нет ничего легковесного, тон игры должен задавать жокей. Руль плотный и тугой, налитый информацией; тормоза могучие, как и бывает в случае с карбон-керамикой. Взаимодействовать с левой педалью надо с усилием и без грубости. И лучше — левой ногой: «Чтоб догружать передок, когда надо», — учу инструктора.

В подкрылках перед колесом тоже прячутся воздушные каналы. Направляют воздух таким образом, чтобы нивелировать, опять же, подъемную силу. И, по-видимому, служить остужению тормозов. Если кто-то вдруг исхитрится перегреть карбон-керамические диски Brembo.

А инструктор всё подзуживает продавить в пол. Да, признаться… Ощущение, когда твоя диафрагма спрессовывается, а ребра давят на внутренности, — это сильно. Italia давит продольно и поперечно, стоит только попросить. Как бы нескромно это ни выглядело в глазах окружающих. Какой бы вычурно громкой ни была ария ее мотора.

О чем не надо ни на минуту забывать, так это о ширине и обзорности. Боковые зеркала не в пример больше «формульных», но агрессивно распластанное по земле тело суперкара шире многих дорожных машин. В отличие от Lamborghini Aventador, Ferrari 458 убирается в стандартную полосу. Но глазами по бокам нужно стрелять по сторонам внимательно и боязливо: не ровен час — шоркнешь нарядным диском о поребрик, и — прощай, полугодовой оклад, досрочное погашение ипотеки и стиральная машина жене.

Диффузор вытягивает воздух из-под днища автомобиля, создавая граунд-эффект: разреженный за счет вытягивания воздух увеличивает прижимную силу.

Хотя все бытовые мысли за штурвалом этого алого истребителя кажутся такими пошлыми. Да что тут распыляться: Ferrari — это настолько другое, настолько — космос, что ее ни аршином общим не смерить, ни умом осмыслить. Porsche — да. Там возможны ощущения без примеси эмоций — на уровне механики; и габариты с эргономикой человеческие.

Italia Spider — нечто недосягаемое. И тут я очень завидую тем коллегам, у которых это — первое знакомство с миром Ferrari. Любая встреча с породистыми жеребцами Маранелло — Событие. Но самый первый раз — всегда как… Не знаю, как незащищенный секс в африканской глубинке. Как бритье опасной бритвой. Как вермут с водкой. Без вермута. Оглушает, валит с ног. Все последующие встречи — не валят, но включают рефлексию. Делая окружающий мир без нее бесцветным.

За кадром

Времени до квалификации Гран-при F1 было впритык, потому на полноценный фотосет и видеосъемку его мы тратить категорически не стали. Но совсем не показать машину в движении не получится — слишком это движение завораживающее.

За бесценный опыт благодарим «Ferrari Москва» и «Лабораторию Касперского»

Фото автора и Ferrari